Ст 1209 коап

Решение Московского городского суда от 8 февраля 2017 г. N 7-1209/17

Решение Московского городского суда от 8 февраля 2017 г. N 7-1209/17

Судья Московского городского суда Монекин Д.И., с участием защитника Ежковой Я.М., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника Ежковой Я.М. в интересах АО «Сибагропромстрой» на постановление N*** от 20 июня 2016 года, вынесенное инспектором ЦАФАП ОДД ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве, решение судьи Измайловского районного суда г. Москвы от 14 ноября 2016 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 7 ст. 12.16 КоАП РФ, в отношении АО «Сибагропромстрой»,

Постановлением N*** от 20 июня 2016 года АО «Сибагропромстрой» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 7 ст. 12.16 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 5 000 рублей.

Решением судьи Измайловского районного суда г. Москвы от 14 ноября 2016 года названное выше постановление оставлено без изменения, жалоба АО «Сибагропромстрой» оставлена без удовлетворения.

Защитник АО «Сибагропромстрой» Ежкова Я.М. обратилась в Московский городской суд с жалобой на постановление должностного лица и решение судьи, в которой ставит вопрос об их отмене в связи с тем, что обстоятельства, имеющие значения для дела, судьей установлены не полностью: на момент видеофиксации административного правонарушения автомашина была передана в аренду, что подтверждается представленными защитой доказательствами, оценка которым судом дана не полностью.

В судебном заседании защитник АО «Сибагропромстрой» Ежкова Я,М. доводы своей жалобы поддержала в полном объеме, просила о прекращении производства по делу об административном правонарушении, представила дополнительные данные.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, заслушав защитника, нахожу решение судьи подлежащим отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела усматривается и судьей при рассмотрении жалобы установлено, что *** г. в 19 час. по адресу: ***, внешнее кольцо, водитель транспортного средства «***», государственный регистрационный знак ***, собственником (владельцем) которого является АО «Сибагропромстрой», в нарушение п. 3.1 Прил. 1 к ПДД РФ произвел въезд транспортного средства с максимальной разрешенной массой более 12 т в часть города, ограниченную пределами Московской кольцевой автомобильной дороги.

Действия АО «Сибагропромстрой» квалифицированы по ч. 7 ст. 12.16 КоАП РФ.

По смыслу же статьи 29.10 КоАП Российской Федерации постановление по делу об административном правонарушении должно быть мотивированным, что предполагает оценку и исследование всех доводов лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и не допускает возможность произвольного отклонения объяснений данного лица.

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Обжалуя постановление и решение должностных лиц в суд, защитник АО «Сибагропромстрой» ссылался на то, что вина общества не установлена и не доказана; транспортное средство находилось во владении другого лица, что подтверждено представленными в суд доказательствами.

Оставляя без изменения постановление должностного лица, судья районного суда какой-либо оценки доводам защитника и представленным документам не дал, исследованные доказательства, на основании которых суд пришел к выводу о виновности общества в инкриминируемом правонарушении, в обжалуемом решении не привел.

Между тем, обстоятельства, на которые ссылается заявитель, являются существенными для рассмотрения дела, и им необходимо дать оценку в совокупности с иными имеющимися доказательствами.

При таких обстоятельствах решение суда нельзя признать законным и обоснованным и оно подлежит отмене.

При новом рассмотрении суду следует дать оценку изложенным заявителем доводам, представленным доказательствам, в том числе новым, указанным в суде апелляционной инстанции, а также представленным документам, и вынести законное решение.

Руководствуясь ст. 30.6-30.9 КоАП РФ,

Решение судьи Измайловского районного суда г. Москвы от 14 ноября 2016 года, которым оставлено без изменения постановление N*** от 20 июня 2016 года, вынесенное инспектором ЦАФАП ОДД ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 7 ст. 12.16 КоАП РФ, в отношении АО «Сибагропромстрой» — отменить, возвратить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

Статья 1209. Право, подлежащее применению к форме сделки

2. Если право страны места учреждения юридического лица содержит особые требования в отношении формы договора о создании юридического лица или сделки, связанной с осуществлением прав участника юридического лица, форма таких договора или сделки подчиняется праву этой страны.

Комментарий к Ст. 1209 ГК РФ

1. Положения комментируемой статьи не новы. В Основах гражданского законодательства 1991 г. (ст. 165) содержались аналогичные коллизионные нормы. Правда, в отношении формы внешнеэкономических сделок, заключаемых советскими юридическими лицами и гражданами независимо от места совершения этих сделок, действовала привязка к законодательству Союза ССР.

Подобные коллизионные привязки закреплены во многих международных договорах. В частности, в п. п. «г», «д» ст. 11 Соглашения от 20 марта 1992 г. «О порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности» установлено, что форма сделки определяется по законодательству места ее совершения. Форма сделок по поводу строений, другого недвижимого имущества и прав на него определяется по законодательству места нахождения такого имущества, а форма и срок действия доверенности определяются по законодательству государства, на территории которого выдана доверенность. Статьи 39, 40 Минской конвенции о правовой помощи стран СНГ повторяют данные положения.

2. Комментируемая статья применяется как к односторонним сделкам, так и к договорам независимо от того, указаны они в настоящей главе или нет. В соответствии с принципом свободы договора стороны могут заключить в том числе и непоименованный договор.

3. Основная коллизионная привязка отсылает к праву места совершения сделки. Так, местом совершения сделки в нотариальной форме является место ее удостоверения у нотариуса. Несмотря на то что государственная регистрация не порождает новую форму сделки, требование о государственной регистрации должно также подчиняться праву места ее совершения; для недвижимого имущества это страна нахождения недвижимого имущества, внесения недвижимого имущества в государственный реестр.

Местом совершения сделки определяются и понятие сделки, ее форма, реквизиты, государственная регистрация с учетом других требований к оформлению сделки. Так, в соответствии со п. 1 ст. 160 ГК РФ законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и т.п.), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки, что свидетельствует о применении в Российской Федерации к требованиям о печати, бланке сделки требований права места ее совершения.

За рубежом могут быть предусмотрены и другие требования. Так, при рассмотрении вопроса о несоответствии договора, заключенного на территории Российской Федерации, и передаточного распоряжения законодательству острова Мэн арбитражный суд со ссылкой на п. 1 ст. 1209 ГК РФ сделал вывод, что российское право не устанавливает такой специальной формы документа, как «договор за печатью», соответственно специальные требования к порядку заключения таких договоров и последствия заключения договора в такой форме, определенные законодательством острова Мэн, к рассматриваемому договору не применяются .

———————————
Определение ВАС РФ от 5 марта 2007 г. N 16036/06 по делу N А40-63779/04-27-306.

4. Требования российского права к форме сделок предусмотрены как ст. ст. 158 — 164 ГК РФ, так и другими нормативными правовыми актами. Применительно к отдельным видам сделок в законодательстве могут содержаться иные коллизионные привязки, например в отношении завещания (см. комментарий к ст. 1224 ГК).

5. Пункт 2 комментируемой статьи посвящен внешнеэкономическим сделкам, понятие которых в законодательстве отсутствует.

В Федеральном законе от 18 июля 1999 г. N 183-ФЗ «Об экспортном контроле» дается понятие внешнеэкономической деятельности, под которой понимается внешнеторговая, инвестиционная и иная деятельность, включая производственную кооперацию, в области международного обмена товарами, информацией, работами, услугами, результатами интеллектуальной деятельности (правами на них).

———————————
Собрание законодательства РФ. 1999. N 30. Ст. 3774.

Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. N 164-ФЗ «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности» приводит понятие внешнеторговой деятельности как деятельности по осуществлению сделок в области внешней торговли товарами, услугами, информацией и интеллектуальной собственностью. В науке выделяют самые разнообразные признаки внешнеэкономической сделки, из которых выводится ее понятие .

———————————
См., например: Зыкин И.С. Внешнеэкономические операции: право и практика. М., 1994. С. 72; Лунц Л.А. Курс международного частного права. В 3 т. Т. 1. М.: Спарк, 2002. С. 446; Звеков В.П. Международное частное право: Учебник. М., 2004. С. 360 — 361; и др.

Обобщая различные точки зрения и обращаясь к Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г., применяемой к договорам купли-продажи товаров между сторонами, коммерческие предприятия которых находятся в разных государствах, целесообразно в качестве двух основных признаков внешнеэкономической сделки выделить:

— ведение участниками сделки предпринимательской деятельности на территории разных государств;

— связь с перемещением имущества (в широком смысле слова) через государственные границы.

Как отмечается в п. 2 ст. 1 Венской конвенции, то обстоятельство, что коммерческие предприятия сторон находятся в разных государствах, не принимается во внимание, если это не вытекает ни из их договора, ни из имевших место до или в момент его заключения деловых отношений или обмена информацией между сторонами.

Было бы целесообразно в законодательстве использовать термин «сделка, осложненная иностранным элементом», охватывающий сделки с участием субъектов предпринимательской деятельности, и выделять ее подвиды, например внешнеторговую сделку, т.е. сделку, связанную с перемещением товара через государственные границы, заключаемую между субъектами предпринимательской деятельности, и другие виды сделок.

6. Требование п. 2 комментируемой статьи корреспондирует п. 3 ст. 162 ГК РФ, в котором установлены последствия несоблюдения простой письменной формы внешнеэкономической сделки. Такая сделка является недействительной. Как отмечается в Концепции развития гражданского законодательства, «данное правило было введено в отечественный правопорядок в условиях государственной монополии внешней торговли и отражало особое отношение государства к внешнеэкономическим сделкам. В настоящее время подобное регулирование является редкостью среди развитых правопорядков. Выделение особых последствий несоблюдения простой письменной формы для внешнеэкономических сделок по сравнению с обычными сделками в современных рыночных условиях ничем не оправданно и ставит стороны внешнеэкономических сделок в неравное положение по сравнению со сторонами обычных сделок». При исключении п. 3 из ст. 162 ГК РФ, как предлагается Концепцией, необходимость в норме п. 2 настоящей статьи в целом отпадет, учитывая, что не всегда однозначно можно определить, является сделка внешнеэкономической или нет.

Формально не утратило силу письмо ЦБ РФ от 15 июля 1996 г. N 300 «О Рекомендациях по минимальным требованиям к обязательным реквизитам и форме внешнеторговых контрактов» , содержащее требования к реквизитам внешнеэкономических сделок, призванных обеспечить защиту государственных интересов и интересов российских предприятий при осуществлении внешнеэкономической деятельности, а по существу — основные (не только существенные) условия договоров.

———————————
Вестник Банка России. 1996. N 33.

7. Положения Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. менее жестки к форме сделки по сравнению с российским законодательством. Согласно ст. 11 Конвенции не требуется, чтобы договор купли-продажи заключался или подтверждался в письменной форме или подчинялся иному требованию в отношении формы. Он может доказываться любыми средствами, включая свидетельские показания.

———————————
Вестник ВАС РФ. 1994. N 1.

Учитывая нормы ст. 12 Венской конвенции, Российская Федерация (в 1990 г. — СССР) присоединилась к Конвенции с оговоркой о неприменении ст. 11, т.е. об императивном характере письменной формы сделки. Любое положение ст. ст. 11, 29 или ч. II настоящей Конвенции, которое допускает, чтобы договор купли-продажи, его изменение или прекращение соглашением сторон либо оферта, акцепт или любое иное выражение намерения совершались не в письменной, а в любой форме, неприменимо, если хотя бы одна из сторон имеет свое коммерческое предприятие в Договаривающемся Государстве, сделавшем заявление на основании ст. 96 настоящей Конвенции. Стороны не могут отступать от настоящей статьи или изменять ее действие.

При этом из ст. 13 Конвенции следует, что под «письменной формой» договора понимаются также сообщения по телеграфу и телетайпу. Заключение внешнеэкономического договора посредством передачи документов по факсимильной связи не влечет признания его недействительным в связи с несоблюдением формы договора. Это положение корреспондирует п. 2 ст. 434 ГК РФ, согласно которому договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

8. Согласно п. 3 рассматриваемой статьи форма сделки в отношении недвижимого имущества подчиняется праву страны, где находится это имущество, а в отношении недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации, — российскому праву. (Об отнесении имущества к недвижимому см. комментарий к ст. 1205 ГК.) Это положение охватывает и требования к государственной регистрации сделки. Согласно п. 1 ст. 164 ГК РФ сделки с землей и другим недвижимым имуществом подлежат государственной регистрации в случаях и в порядке, предусмотренных ст. 131 ГК РФ и Федеральным законом «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».

К сделкам, подлежащим государственной регистрации, в отношении недвижимого имущества, находящегося в Российской Федерации, относятся:

— договор об ипотеке — залоге недвижимого имущества (ст. 339 ГК);

— договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры (п. 2 ст. 558 ГК);

— договор продажи предприятия (п. 3 ст. 560 ГК);

— договор дарения недвижимого имущества (п. 3 ст. 574 ГК);

— договор ренты, объектом которого является недвижимость (ст. 584 ГК);

— договор пожизненного содержания с иждивением (ст. 601 ГК);

— договор аренды недвижимого имущества, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 609, п. 2 ст. 651 ГК);

— договор аренды предприятия (п. 2 ст. 658 ГК);

— договор доверительного управления недвижимым имуществом (п. 2 ст. 1017 ГК).

Аналогичное требование подлежит применению и к договору участия в долевом строительстве (ст. 17 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» ).

———————————
Собрание законодательства РФ. 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 40.

Независимо от гражданства и места жительства участников сделки такой договор подлежит регистрации, поскольку объект недвижимого имущества внесен в государственный реестр прав на недвижимое имущество.

Подобное требование должно быть учтено применительно не только к недвижимости, но и к зарегистрированным в Российской Федерации результатам интеллектуальной деятельности и средствам индивидуализации, в частности к договорам коммерческой концессии (п. 2 ст. 1028 ГК); договорам об отчуждении исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, подлежащие государственной регистрации (п. п. 2, 3 ст. 1232 ГК); лицензионным и сублицензионным договорам в отношении результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, подлежащих государственной регистрации (п. п. 2, 3 ст. 1232 ГК); договорам залога в отношении результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, подлежащих государственной регистрации (п. п. 2, 3 ст. 1232 ГК).

Статья 1209 ГК РФ. Право, подлежащее применению к форме сделки (действующая редакция)

1. Форма сделки подчиняется праву страны, подлежащему применению к самой сделке. Однако сделка не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если соблюдены требования права страны места совершения сделки к форме сделки. Совершенная за границей сделка, хотя бы одной из сторон которой выступает лицо, чьим личным законом является российское право, не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если соблюдены требования российского права к форме сделки.

Правила, предусмотренные абзацем первым настоящего пункта, применяются и к форме доверенности.

При наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 1212 настоящего Кодекса, к форме договора с участием потребителя по его выбору применяется право страны места жительства потребителя.

3. Если сделка либо возникновение, переход, ограничение или прекращение прав по ней подлежит обязательной государственной регистрации в Российской Федерации, форма такой сделки подчиняется российскому праву.

4. Форма сделки в отношении недвижимого имущества подчиняется праву страны, где находится это имущество, а в отношении недвижимого имущества, которое внесено в государственный реестр в Российской Федерации, российскому праву.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст
  • Комментарий к ст. 1209 ГК РФ

    1. Коллизионные нормы, определяющие применимое к форме сделки право, содержались как в ГК 1964 г. (ст. 565), так и в ОГЗ 1991 г. (ст. 165).

    Статья о праве, применимом к форме сделки, включена в Модель ГК для стран СНГ, содержится в Киевском соглашении 1992 г., в Минской конвенции 1993 г., в некоторых двусторонних договорах Российской Федерации о правовой помощи.

    2. Коллизионные нормы о праве, применимом к форме сделок (или о формальной действительности сделок), содержатся в законодательстве о международном частном праве Швейцарии, Румынии, Йемена и других стран. Они включены в Римскую конвенцию стран — членов ЕС о праве, применимом к договорным обязательствам, 1980 г., в Межамериканскую конвенцию о праве, применимом к международным контрактам, 1994 г., в текст Гаагской конвенции о праве, применимом к международной купле-продаже товаров, 1986 г., которая пока не вступила в силу.

    3. Определение права, применимого к форме сделки, в законодательстве СССР и России, действовавшем до принятия ГК, содержалось в общей двусторонней коллизионной норме и двух специальных односторонних изъятиях из общего правила: о праве, применимом к форме внешнеторговых (в ГК 1964 г.), внешнеэкономических (в ОГЗ 1991 г.) сделок, совершаемых с участием советских организаций, и о выборе права к форме сделок в отношении недвижимого имущества, находящегося в СССР. Данная схема регулирования, включающая основную общую норму и специальные нормы-изъятия, сохранена и в ст. 1209.

    4. Общая двусторонняя коллизионная норма, содержащаяся ст. 1209, практически повторяет нормы ранее действовавших ГК 1964 г. и ОГЗ 1991 г., предусматривая, что форма сделки подчиняется праву места ее совершения и, таким образом, следует коллизионному принципу: форма сделки определяется по закону места ее совершения (locus regit actum). Некоторое отличие имеется лишь по сравнению со ст. 565 ГК 1964 г., которая определяла закон, применяемый к форме сделки, совершаемой за границей; вместе с тем объем коллизионной нормы ст. 165 ОГЗ 1991 г. был значительно шире, поскольку определял применимое к форме сделки право без каких-либо ограничений, связанных с местом ее совершения. С учетом расположения этого правила в разделе VII ОГЗ 1991 г. оно традиционно толковалось как определяющее право, применимое к форме сделки с международным элементом, что вполне очевидно включает и сделки, совершенные за границей. Общая коллизионная норма, содержащаяся в п. 1 ст. 1209, полностью повторяет текст общей коллизионной нормы ст. 165 ОГЗ 1991 г. и также должна толковаться в качестве коллизионной нормы, определяющей право, применимое к форме сделки, осложненной иностранным элементом, как это определено в п. 1 ст. 1186 ГК (см. комментарий к этой статье).

    Понятие места совершения сделки, использованное в формуле прикрепления коллизионной нормы, согласно п. 1 ст. 1187 ГК (см. комментарий к этой статье) толкуется в соответствии с российским правом, а именно в соответствии со ст. 444 ГК, предусматривающей, что если в договоре не указано место его заключения, договор признается заключенным в месте жительства гражданина или месте нахождения юридического лица, направившего оферту.

    5. Наряду с основной коллизионной нормой, подчиняющей форму сделки праву места ее совершения, п. 1 ст. 1209, как и ранее ст. 165 ОГЗ 1991 г. и ст. 565 ГК 1964 г., предусматривает альтернативную коллизионную привязку субсидиарного характера, устанавливая, что сделка, заключенная за границей, не может быть признана недействительной вследствие нарушения формы, если соблюдены требования российского (в ранее действующих актах — советского) права. Таким образом, для сделок, совершенных за границей, положения российского права, предусматривающие требования к форме, становятся субсидиарным статутом, на основе которого сделка может быть признана действительной, даже если при ее заключении не соблюдены требования к форме права места ее совершения.

    Наличие в этой области более чем одного, а нередко и нескольких вариантов применимого права (альтернативных коллизионных привязок) характерно и для законодательства зарубежных стран. При этом основной формулой прикрепления может быть не только место совершения сделки, но и право, применимое к договору (lex causae) (например, в законодательстве Румынии), либо их альтернативное применение (например, законодательство Швейцарии, см. также п. 1 ст. 9 Римской конвенции о праве, применимом к договорным обязательствам, 1980 г.). При этом коллизионное регулирование может дифференцироваться и в зависимости от того, находятся ли заключающие договор в одной стране; однако и при этом предусматриваются альтернативные варианты применимого права для определения формальной действительности сделки.

    6. Абзац 2 п. 1 ст. 1209 предусматривает, что нормы о праве, применимом к форме сделки, распространяются и на форму доверенности. Это положение в значительной степени воспроизводит п. 3 ст. 165 ОГЗ 1991 г., где впервые появилась норма о праве, применимом к форме и сроку действия доверенности. Новая коллизионная норма распространяется, однако, только на форму доверенности, без упоминания срока, на который она выдана. Подчинение срока действия доверенности праву страны, где была выдана доверенность, предусмотрено в ст. 1217 ГК (см. комментарий к этой статье).

    7. Пункт 2 ст. 1209 содержит специальную коллизионную норму — норму-изъятие из общего правила, предусмотренную для внешнеэкономических сделок, в которых участвуют российские хозяйствующие субъекты.

    Существование такой нормы имеет долгую предысторию в отечественном праве. Впервые она была включена в ОГЗ 1961 г. (ст. 125) и, соответственно, в ГК 1964 г. (ст. 565).

    Устанавливалось, что форма внешнеторговых сделок, совершаемых советскими организациями, и порядок их подписания независимо от места совершения этих сделок определяются законодательством Союза ССР.

    Внимание к регулированию вопроса о праве, применимом к форме внешнеторговой сделки, обусловлено теми строгими требованиями, которые в годы государственной монополии внешней торговли предъявлялись к формальной действительности таких сделок. Эти требования заключались в обязательной письменной форме сделки и специально установленном порядке ее подписания, что было предусмотрено Постановлением Совета Министров СССР от 14 февраля 1978 г. N 122 «О порядке подписания внешнеторговых сделок».

    Императивная коллизионная норма, предусматривавшая в данном случае выбор советского права, обеспечивала применение нормы ГК о недействительности внешнеторговых сделок, заключенных с нарушением формы и порядка подписания (ст. 14 ОГЗ 1961 г., ст. 45 ГК 1964 г.). В комплексе эти нормы гарантировали строгое соблюдение установленных в упомянутом Постановлении 1978 г. правил. В практике ВТАК (так назывался в тот период МКАС) есть немало примеров, когда сделки и дополнения к сделкам признавались недействительными именно на этом основании.

    Норма-изъятие, содержавшаяся в ст. 165 ОГЗ 1991 г. (второй вариант такой нормы), отражала изменения периода проведения рыночных реформ, либерализации регулирования внешней торговли. Главное изменение специальной коллизионной нормы заключалось в том, что ее объем включал только форму сделки, но не упоминал порядок ее подписания. То, что внесенные коррективы были реализованы не введением новых правил, а исключением слов «порядок подписания» в объеме коллизионной нормы, на первом этапе вызвало различные подходы к толкованию данного текста нормы-изъятия. Вместе с тем действия законодателя отражали ясно выраженную тенденцию либерализовать регулирование внешней торговли, а выбранное им средство вполне очевидно являлось квалифицированным умолчанием, которое используется в законодательной практике. Второе изменение объема коллизионной нормы касалось субъектного состава внешнеэкономических сделок, в круг которых в ОГЗ 1991 г. включили советских юридических лиц и граждан, что отражало процесс демонополизации внешней торговли, предоставление права выхода на внешний рынок всем хозяйствующим субъектам.

    Исключению «порядка подписания» внешнеэкономических сделок в объеме коллизионной нормы ст. 165 ОГЗ 1991 г. сопутствовало исключение слов «порядка подписания» из п. 2 ст. 30 этих Основ (о недействительности внешнеэкономических сделок). Внесенные в ОГЗ 1991 г. новеллы привели к созданию двух режимов формальной действительности внешнеторговых сделок, применение которых зависело от даты их подписания: сделки, подписанные до вступления в силу ОГЗ 1991 г., для признания действительными должны были быть совершены с соблюдением формы и порядка подписания, а сделки, совершенные после этого, признавались действительными при условии их совершения в письменной форме независимо от порядка подписания. Этот подход нашел отражение в практике МКАС.

    С введением части первой ГК был создан единый режим для определения формальной действительности всех сделок независимо от даты их подписания, поскольку Вводным законом от 21 октября 1994 г. N 52-ФЗ к этой части ГК было установлено, что нормы Кодекса об основаниях и последствиях недействительности (ст. ст. 162, 165 — 180) применяются к сделкам независимо от времени их совершения. Таким образом, на действительность сделки независимо от даты подписания не влияло нарушение порядка подписания, установленного указанным Постановлением Совета Министров СССР 1978 г.

    8. В п. 2 ст. 1209 также включена коллизионная норма-изъятие из общего правила для формы внешнеэкономических сделок (третий вариант). Сохранение такой коллизионной нормы-изъятия обусловлено сохранением требования обязательной письменной формы внешнеэкономических сделок, положением ГК о том, что несоблюдение простой письменной формы внешнеэкономической сделки влечет ее недействительность (п. 3 ст. 162).

    В современной практике МКАС можно найти немало примеров применения к определению формальной действительности внешнеэкономических сделок (их изменений и дополнений) требования российского права об обязательной письменной форме. Так, в деле N 150/1996 от 17 февраля 1997 г. по иску российской организации к японской фирме МКАС, основываясь на п. 3 ст. 162 ГК, исходил из того, что любая договоренность между сторонами должна быть оформлена в простой письменной форме. Устная договоренность, если даже наличие таковой было надлежащим образом доказано заинтересованной стороной, признавалась бы недействительной в силу п. 3 ст. 162 ГК.

    В решении по делу N 385/1998 от 18 октября 1999 г. по спору между российской и индийской фирмами МКАС, ссылаясь на п. 3 ст. 162 ГК, исходил из того, что внешнеторговые сделки с участием российских фирм должны совершаться и изменяться в письменной форме, поэтому действия одного из участников сделки сами по себе не могут изменить условия, выраженные сторонами в письменной форме.

    9. Пункт 2 ст. 1209 содержит (по сравнению с п. 1 ст. 165 ОГЗ 1991 г.) лишь некоторые уточняющие дополнения, которые касаются российских субъектов внешнеэкономических сделок. Объем этой коллизионной нормы включает форму внешнеэкономических сделок, хотя бы одной из сторон которых выступает российское юридическое лицо или осуществляющее предпринимательскую деятельность физическое лицо, личным законом которого в соответствии со ст. 1195 ГК является российское право. Как видно, эта коллизионная норма предусматривает право, применимое к форме не только двусторонних, но и многосторонних сделок, в которых хотя бы одна из сторон — российский участник.

    Важным дополнением является разъяснение о том, сделки каких физических лиц включены в объем этой нормы. Согласно п. 2 таковым является указание на осуществляющее предпринимательскую деятельность физическое лицо, личным законом которого в соответствии со ст. 1195 ГК является российское право. Это означает, что в данный круг включены не только граждане Российской Федерации, в том числе и имеющие двойное гражданство, но и имеющие место жительства в России иностранные граждане (включая тех, у кого несколько гражданств), лица без гражданства, имеющие место жительства в Российской Федерации, а также беженцы, которым Российская Федерация предоставила убежище (см. комментарий к ст. 1195).

    Разъяснение того, что следует понимать под российскими юридическими лицами, п. 2 ст. 1209 не содержит. Пункт 1 ст. 1202 ГК, предусматривающий, что личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо, устанавливает критерий определения личного закона, который, как известно, может не совпадать с государственной принадлежностью юридического лица.

    Поскольку п. 2 ст. 1209 говорит о российский лицах — участниках внешнеэкономических сделок, представляется возможным обратиться в этой связи к положениям Федерального закона от 8 декабря 2003 г. N 164-ФЗ «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности», который в ст. 10 устанавливает, что любые российские лица и иностранные лица обладают правом осуществления внешнеторговой деятельности, предусматривая, что это право может быть ограничено в случаях, предусмотренных международными договорами Российской Федерации, указанным Федеральным законом и другими федеральными законами. Согласно п. 23 ст. 2 этого Закона российское лицо — это юридическое лицо, созданное в соответствии с законодательством Российской Федерации, физическое лицо, имеющее постоянное или преимущественное место жительства на территории Российской Федерации, являющееся гражданином Российской Федерации или имеющее право постоянного проживания в Российской Федерации либо зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя в соответствии с законодательством Российской Федерации.

    10. В отношении коллизионных норм-изъятий, предусматривающих применение советского (ныне российского) права при определении формальной действительности внешнеэкономических сделок с участием ранее советских, а теперь российских субъектов внешнеторговой деятельности, всегда возникала необходимость правового обоснования их действия за пределами страны. Согласно аргументации, которая разрабатывалась многие годы известными советскими юристами для обеспечения экстерриториального применения требований отечественного права, форму и особый порядок подписания сделок (которые были тесно связаны, так как они в комплексе определяли действительность сделки) предлагалось рассматривать как вопросы, относящиеся к личному статусу советских внешнеторговых объединений, которые могут определяться лишь по советскому закону.

    В настоящее время коллизионная норма о применении российского права к форме внешнеэкономических сделок с участием российских субъектов независимо от места совершения сделки стала рассматриваться многими авторами как императивная норма, применение которой может быть обосновано положениями ст. 1192 ГК (см. комментарий к этой статье).

    11. Коллизионные нормы, включенные в п. 3 комментируемой статьи, являются изъятием из общей нормы о праве, применимом к форме сделки, и касаются недвижимого имущества — общая двусторонняя норма и специальная односторонняя.

    Ранее действовавшее законодательство не содержало двусторонней коллизионной нормы общего характера о праве, применимом к форме сделок в отношении недвижимого имущества, ограничиваясь односторонней коллизионной нормой о подчинении формы сделки в отношении недвижимости на территории СССР советскому праву. В объем таких норм включалась форма сделок в отношении тех видов недвижимости, которые могли быть объектами гражданско-правового оборота в тот период. Так, в объем коллизионной нормы, содержавшейся в ст. 565 ГК 1964 г., включалась форма сделок по поводу строений, находящихся в РСФСР. Объем коллизионной нормы ст. 165 ОГЗ 1991 г. был значительно шире, включая форму сделок по поводу строений и другого недвижимого имущества, находящегося в СССР.

    Двусторонняя коллизионная норма, устанавливающая, что форма сделок в отношении недвижимого имущества подчиняется праву страны, где находится это имущество, является новой для российского законодательства. Вместе с тем формула прикрепления этой коллизионной нормы соответствует привязке, использовавшейся в односторонней коллизионной норме ОГЗ 1991 г. (ст. 165). Таким образом, можно говорить о трансформации односторонней коллизионной нормы в двустороннюю. Формула прикрепления нормы п. 3 ст. 1209 широко используется в аналогичных нормах зарубежного законодательства. Традиционное использование ее при решении коллизионных вопросов формы сделок с недвижимостью обусловлено наличием особых требований к форме сделок с недвижимостью, обычно устанавливаемых государством. Например, в России согласно п. 1 ст. 164 ГК сделки с недвижимостью подлежат обязательной регистрации. Законом о регистрации прав на недвижимость предусмотрен перечень таких сделок.

    12. Наряду с новой общей двусторонней нормой п. 3 комментируемой статьи содержит специальную одностороннюю коллизионную норму, которая касается формы сделки в отношении недвижимого имущества, внесенного в государственный реестр Российской Федерации, т.е. вещей, которые по своим свойствам являются движимыми (воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты), но признаются недвижимыми законом и подлежат внесению в государственный реестр Российской Федерации (ст. 130 ГК). Например, порядок регистрации воздушных судов определен в России ст. 33 Воздушного кодекса, морских судов — ст. 33 КТМ, судов внутреннего водного плавания — ст. 19 КВВТ. Решающим является то, что данные виды недвижимости не могут характеризоваться как прочно связанные с землей и их перемещение не только возможно, но составляет цель их использования. Поэтому для определения права, подлежащего применению к форме сделок в отношении такого имущества, не может применяться формула прикрепления двусторонней коллизионной нормы, отсылающая к месту нахождения недвижимости.

    Сообщение о принятых Банком России решениях о привлечении кредитных организаций и (или) должностных лиц, являющихся единоличными исполнительными органами кредитных организаций, к административной ответственности за совершение административных правонарушений в случаях, предусмотренных статьей 15.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

    1 В первой части номера постановления о привлечении к административной ответственности указывается признак лица, в отношении которого вынесено данное постановление:
    Д – в отношении должностного лица, являющегося единоличным исполнительным органом кредитной организации;
    Ю – в отношении кредитной организации.
    В третьей части номера постановления о привлечении к административной ответственности указывается код вида административного наказания:
    3110 – административный штраф;
    3120 – предупреждение.

    Дата публикации: 05.11.2014 15:43:02

  • О сайте
  • Архив
  • Поиск и карта сайта
  • Другие ресурсы
  • Версия для слабовидящих Обычная версия

Адрес: ул. Неглинная, 12, Москва, 107016

Телефоны: 8 800 250-40-72 (для бесплатных звонков из регионов России), +7 495 771-91-00 (круглосуточно, по рабочим дням), факс: +7 495 621-64-65

Ст 1209 коап

14 мая 2018 года г. Краснодар

Мировой судья судебного участка № 232 Западного внутригородского округа г. Краснодар Никонова Л.Г. (350051, г. Краснодар, ул. Лузана, 8, каб.2) рассмотрев административное дело в отношении должностного лица Лиханского Дениса Вячеславовича, года рождения, уроженца , гр-на РФ, данных о привлечении к административной ответственности суду не предоставлено, зарегистрированного и проживающего по адресу: ,

При проведении проверки выполнения требований Представления от 24.11.2017 г. № 06-16/1209/1 об устранении причин и условий, способствующих совершению административного правонарушения, установлено, что должностным лицом Лиханским Д.В., не приняты меры по устранению причин и условий, способствующих совершению административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 14.25 КоАП РФ, выразившиеся в не представлении информации о принятии по представлению № № 06-16/1209/1 от 24 .11.2017 года органа (должностного лица), рассмотревшего дело об административном правонарушении, мер по устранению причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения . Согласно отчета об отслеживании отправления корреспонденции п редставление было получено 26.01.2018 года, однако, не приняты меры по устранению причин и условий, способствующих совершению административного правонарушения.

Срок, отведенный на исполнение Представления истек 25.02.2018.

Своим бездействием Лиханский Д.В.совершил правонарушение, предусмотренное ст.19.6 КоАП РФ – непринятие по постановлению (представлению) органа (должностного лица), рассмотревшего дело об административном правонарушении, мер по устранению причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения.

Лиханский Д.В. в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен судебной повесткой, направленной заказной корреспонденцией.

Согласно ч.2 ст.25.15 КоАП РФ извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства.

В соответствии с п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005г. №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судом при применении КоАП РФ» лицо, в отношении которого ведется производство по делу, считается извещенным о времени и месте судебного рассмотрения и в случае, когда из указанного им места жительства (регистрации) поступило сообщение об отсутствии адресата по указанному адресу, о том, что лицо фактически не проживает по этому адресу либо отказалось от получения почтового отправления, а также в случае возвращения почтового отправления с отметкой об истечении срока хранения, если были соблюдены положения Особых условий приема, вручения, хранения и возврата почтовых отправлений разряда «Судебное», утвержденных приказом ФГУП «Почта России» от 31 августа 2005 года № 343.

Т аким образом, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие правонарушителя на основании ст.25.1 ч.2 КоАП РФ.

Суд, исследовав материалы дела, мировой судья считает, что в действиях Лиханского Д.В. имеется состав административного правонарушения, предусмотренного ст.19.6 КоАП РФ.

Вина подтверждается протоколом № 06-16/1209/1 от 23.04.2018 года, согласно которому в отношении ООО «ГАБИКОМ-ВОСТОК», должностным лицом которого является Лиханский Д.В., регистрирующим органом в соответствии с п. 4.2 ст. 9 Федерального закона от 8 августа 2001 года № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», проведена проверка достоверности сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц в части данных о размерах и номинальной стоимости долей в уставном капитале Общества, принадлежащих Обществу и его участникам, по результатам которой установлена их недостоверность, выразившаяся в следующем! суммарный размер долей в процентном соотношении не равен 100 (ста) процентам.

Ввиду установления факта содержания в государственном реестре недостоверных сведений Межрайонной ИФНС России № 16 по Краснодарскому краю проведены мероприятия в соответствии с п. 6 ст. 11 Федерального закона № 129-ФЗ, в рамках которых в адрес Общества, учредителей и физического лица, имеющего право действовать без доверенности от имени Общества, направлены Уведомления о необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений, вследствие чего у Общества возникла обязанность по направлению соответствующих сведений в регистрирующий орган в установленном Федеральным законом № 129-ФЗ порядке.

В срок, отведенный для представления достоверных сведений в регистрирующий орган данная обязанность Обществом не исполнена, должностное лицо Лиханский Д.В. привлечено к административной ответственности в соответствии с ч. 4 ст. 14.25 КоАП РФ.

В рамках рассмотрения материалов дела об административном правонарушении должностному лицу Лиханскому Д.В. внесено Представление № 06-16/1209/1 от 24 .11.2017г. об устранении причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения.

Представление направлено по всем известным Инспекции адресам почтовой корреспонденцией, заказным письмом, с уведомлением о вручении. Согласно отчета об отслеживании отправления корреспонденция получена 26.01.2018.

Согласно ч. 2 ст. 29.13 КоАП РФ организации и должностные лица обязаны рассмотреть представление об устранении причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения, в течение месяца со дня его получения и сообщить о принятых мерах должностному лицу, внесшему представление.

Срок, отведенный на исполнение Представления № 06-16/1209/1 от 24 .11.2017г. истек 25.02.2018.

В установленный срок и до настоящего времени должностным лицом Лиханским Д.В. обязанность в соответствии с п. 2 ст. 29.13 КоАП РФ не исполнена.

Диспозиция ст.19.6 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за непринятие по постановлению (представлению) органа (должностного лица), рассмотревшего дело об административном

правонарушении, мер по устранению причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения.

Объективная сторона ст.19.6 КоАП РФ правонарушения выражается в игнорировании постановления или представления органа, должностного лица, рассматривавших дело об административном правонарушении и установивших причины и условия, способствовавшие его совершению, а именно: а) не рассмотрели в течение месяца со дня получения поступившее представление, хотя обязаны были его рассмотреть; б) не приняли мер, необходимых для устранения выявленных причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения; в) не сообщили о принятых мерах судье, органу, должностному лицу, вынесшим постановление (представление).

Объектом посягательства рассматриваемых правонарушений является установленный порядок управления, нормальное функционирование учреждений, предприятий, организаций.

Действия Лиханского Д.В. правильно квалифицированы по ст.19.6 КоАП РФ. Указанные обстоятельства подтверждаются собранными по делу доказательствами, оцененными в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ и являются достаточными.

При назначении административного наказания, судья учитывает характер совершенного административного правонарушения, личность виновного, его материальное положение, обстоятельств, смягчающих либо отягчающих административную ответственность, не имеется (ст.4.3, 4.2 КоАП РФ).

С учетом изложенного, мировой судья считает необходимым назначить наказание в виде штрафа в размере 4000 рублей.

Руководствуясь ст.23.1, 29.9-29.11 КоАП РФ,

Должностное лицо Лиханского Дениса Вячеславовича признать виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ст.19.6 КоАП РФ и назначить наказание в виде административного штрафа в размере 4000 рублей (четыре тысячи рублей) в доход государства.

О плату произвести по реквизитам:

получатель платежа: УФК по Краснодарскому краю, ИФНС России № 2 по г. Краснодару, ИНН 2310023604, КПП 231001001,БИК 040349001 ОКТМО 03701000001, Южное ГУ Банка России, счет №40101810300000010013, код бюджетной классификации платежа: 182 116 360 000 160 00 140.

Постановление может быть обжаловано в Ленинский районный суд г. Краснодара в течение 10 суток со дня вручения или получения копии постановления. По истечении этого срока постановление по делу об административном правонарушении вступает в законную силу и обращается к исполнению.

Административный штраф должен быть уплачен лицом, привлеченным к административной ответственности, не позднее 60 дней со дня вступления

постановления о наложении административного штрафа, в законную силу либо со дня истечения срока отсрочки или рассрочки.

В соответствие с ч.1 ст. 20.25 КоАП РФ неуплата административного штрафа в срок, предусмотренный КоАП РФ – влечет наложение административного штрафа в двукратном размере суммы неуплаченного штрафа, но не менее 1000 рублей, либо административный арест на срок до 15 суток, либо обязательные работы на срок до пятидесяти часов.