Ст 158 по составу

Кража (ст. 158 УК). Объект преступления — отношения соб­ственности определенной формы. Предмет — чужое имущество.

Объективная сторона кражи состоит в тайном хищении чужо­го имущества. Хищение признается тайным в следующих ситуа­циях:

1) когда оно совершается в отсутствие собственника, иного вла­дельца имущества, а также других лиц (например, в ночное время лицо, взломав запоры, проникает в чужой погреб, изымает имуще­ство и никем не замеченное скрывается);

2) когда оно совершается в присутствии собственника, иного владельца или других лиц, но незаметно для них (например, граж­данин, воспользовавшись тем, что продавец отвлекся и не наблю­дает за происходящим, похищает с прилавка магазина какой-то товар и скрывается);

3) когда оно совершается в присутствии очевидцев, наблюдаю­щих за виновным, но не осознающих противоправности его дейст­вий, полагающих, что он имеет право на имущество (например, на глазах группы людей гражданин садится в припаркованную ма­шину и уезжает, присутствующие при этом полагают, что транс­портное средство ему принадлежит, а на самом деле в их присутст­вии совершается хищение);

4) когда оно совершается в присутствии лиц, в силу определен­ных обстоятельств заведомо для виновного не способных осозна­вать происходящее (спящих, психически больных, находящихся в состоянии обморока или сильной степени опьянения, малолет­них и др.);

5) когда оно совершается в присутствии лиц, наблюдающих за действиями виновного, осознающих противоправный характер его действий, но не дающих знать о своем присутствии, в связи с чем виновный полагает, что действует тайно (например, соседка на­блюдает через дверной глазок, как в квартиру напротив проникает вор, а впоследствии выходит из нее с похищенными вещами).

Решая вопрос о том, тайным или явным было хищение, необхо­димо исходить из двух критериев: объективного и субъективного. Объективный критерий включает в себя оценку психического от­ношения собственника, иного владельца или других лиц к дейст­виям виновного, т.е. осознавали ли они факт совершения хище­ния. Субъективный критерий содержит характеристику психи­ческого отношения виновного к способу совершаемого им хище­ния, осознание того, действует он тайно или открыто. Решающим при определении способа изъятия является субъективный кри­терий.

Состав кражи материальный, т.е. она окончена, когда винов­ный изъял чужое имущество и получил реальную возможность им распорядиться или пользоваться по своему усмотрению. На прак­тике решение вопроса об определении момента окончания рассмат­риваемого преступления вызывает немало сложностей и зависит от ряда обстоятельств: конкретной обстановки и места совершения кражи, характера и свойств похищаемого имущества и намерений виновного относительно судьбы изымаемого чужого имущества.

Например, рабочие колбасного цеха тайно похитили несколько батонов копче­ной колбасы и съели ее во время обеденного перерыва. В данной ситуации кража является оконченной, поскольку виновные распорядились похищенным по своему усмотрению, хотя, как правило, момент окончания кражи, совершенной с охраняемой территории, связывается с выносом похищенного за ее пределы. Если бы те же рабочие, похитив колбасу, пытались вынести ее за пределы комбината, но были задержаны на проходной, деяние следовало бы квалифицировать как покушение на кражу, поскольку реальной возможности распорядиться похищенным по своему усмотрению они еще не получили.

Нередко возникают ситуации, когда хищение, начавшись тайно, становится очевидным для собственника, иного владельца или других лиц. Если виновный при этом прекращает совершение хищения, его действия надлежит квалифицировать как покуше­ние на кражу. Применение виновным насилия в подобной ситуа­ции с целью скрыться и избежать задержания не будет свидетель­ствовать о перерастании кражи в более опасные формы хищения. Если же виновный продолжает совершать изъятие чужого имуще­ства в присутствии появившихся лиц, кража перерастает в откры­тое хищение — в грабеж. Применение при этом виновным насилия с целью завершения незаконного изъятия или удержания похи­щенного превращает кражу либо в насильственный грабеж, либо в разбой в зависимости от характера и интенсивности применяемого насилия.

Субъективная сторона кражи характеризуется прямым умыс­лом и корыстной целью. Субъект— физическое вменяемое лицо, достигшее 14-летнего возраста.

Кража (ст. 158 УК РФ). Состав и виды преступления. Отличие от грабежа (ст.161УК РФ);

Непосредственный объект преступления – право собственности.

Объективная сторона заключается в краже, под которой понимается тайное хищение чужого имущества.

Как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника, или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. В тех случаях, когда указанные лица видели, что совершается хищение, однако виновный исходя из окружающей обстановки полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества.

Если присутствующее при незаконном изъятии чужого имущества лицо не сознает противоправность этих действий либо является близким родственником виновного, который рассчитывает в связи с этим на то, что в ходе изъятия имущества он не встретит противодействия со стороны указанного лица, содеянное следует квалифицировать как кражу чужого имущества. Если перечисленные лица принимали меры к пресечению хищения чужого имущества (например, требовали прекратить эти противоправные действия), то ответственность виновного за содеянное наступает по ст. 161 УК РФ.

Если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж, а в случае применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия – как разбой.

Кража считается оконченной, если имущество изъято, и виновный имеет реальную возможность им пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению (например, обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц, распорядиться им с корыстной целью иным образом).

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом и корыстной целью.

Субъект преступления – физическое вменяемое лицо, достигшее возраста 14 лет.

Квалифицирующие признаки предусмотрены:

1) ч. 2 ст. 158 УК РФ – кража, совершенная:

– группой лиц по предварительному сговору;

– с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище;

– с причинением значительного ущерба гражданину;

– из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем;

2) ч. 3 ст. 158 УК РФ – кража, совершенная:

– с незаконным проникновением в жилище;

– из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода;

– в крупном размере;

3) ч. 4 ст. 158 УК РФ – кража, совершенная:

– в особо крупном размере.

Отличие кражи от грабежа: кража – это тайное хищение, а грабеж – открытое хищение чужого имущества. Открытым хищением чужого имущества является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.

Кража, грабеж, разбой

Кража – это тайное хищение чужого имущества (ст. 158 УК РФ).

Видовым объектом этого преступления выступают отношения собственности как родовое понятие по отношению ко всем формам собственности, а непосредственным объектом выступает та конкретная форма собственности, которая определяется принадлежностью имущества: государственная, частная, муниципальная или собственность общественных объединений.

Предметом хищения является чужое, т.е. не находящееся в собственности или законном владении виновного, имущество. Под предметом хищения понимается не любой объект права собственности, а лишь такой, который обладает:

  1. вещным признаком, т.е. имеет определенную физическую форму;
  2. экономическим признаком, т.е. обладает объективной экономической ценностью;
  3. юридическим признаком, т.е. является для виновного чужим.
  4. Кража с объективной стороны выражается в тайном хищении чужого имущества, сущностное содержание которого как объективно, так и субъективно заключается в том, что виновный стремится избежать какого бы то ни было видимого контакта с собственником или титульным владельцем похищаемого имущества либо с посторонними лицами, способными воспрепятствовать преступлению или изобличить преступника, будучи очевидцами содеянного.

    Субъективная сторона кражи характеризуется виной в виде прямого умысла и корыстной целью.

    Квалифицированные виды кражи (ч. 2 ст. 158 УК) характеризуются ее совершением:

    • группой лиц по предварительному сговору;
    • с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище;
    • с причинением значительного ущерба гражданину;
    • из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем.
    • Особо квалифицированный состав образует кража с проникновением в жилище, из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода или в крупном размере (ч. 3 ст. 158 УК).

      Наиболее опасные виды кражи, предусмотренные ч. 4 ст. 158 УК, характеризуются ее совершением:

      1. в особо крупном размере.

      Субъект кражи — лицо, достигшее 14-летнего возраста.

      Грабеж определяется в УК как открытое хищение чужого имущества (ст. 161 УК РФ). Вопрос об открытом характере хищения имущества, как и при краже, решается на основании субъективного критерия, т.е. исходя из субъективного восприятия обстановки самим виновным.

      Объективная сторона грабежа характеризуется активными действиями, состоящими в открытом ненасильственном завладении чужим имуществом. Для признания хищения открытым необходимо, во-первых, чтобы собственник, владелец либо иное лицо наблюдали противоправные действия виновного и понимали их преступный характер, а во-вторых, чтобы виновный осознавал, но игнорировал данное обстоятельство.

      Грабеж признается оконченным с момента изъятия чужой вещи и приобретения виновным реальной возможности пользоваться и распоряжаться ею по своему усмотрению.

      Субъективная сторона грабежа характеризуется прямым умыслом, при котором субъект осознает открытый характер совершаемого им деяния, и корыстной целью.

      Субъект — вменяемое лицо, достигшее 14-летнего возраста.

      В качестве квалифицирующих обстоятельств ч. 2 ст. 161 УК РФ признает совершение грабежа:

      • с незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище;
      • с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия;
      • Особо квалифицированный состав грабежа сконструирован в ч. 3 ст. 161УК РФ, грабеж совершенный:

        • организованной группой;

        Разбой — наиболее опасная форма хищения (ст. 162 УК РФ). Он определяется как нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия.

        Непосредственные объекты разбоя: во-первых, конкретная форма собственности, а во-вторых, здоровье лица, подвергшегося нападению.

        Объективная сторона разбоя описана в ст. 162 УК РФ в рамках формального состава преступления и складывается из двух сопряженных друг с другом деяний, одно из которых (нападение) присуще всем случаям разбоя, а второе является альтернативным и предполагает либо насилие, опасное для жизни или здоровья, либо угрозу применения такого насилия.

        Субъективная сторона. Умыслом виновного субъекта охватывается способ совершаемого им преступления.

        Субъектом разбоя может быть вменяемое лицо, достигшее 14-летнего возраста.

        В ч. 2 ст. 162 предусматриваются квалифицирующие признаки разбоя:

        • совершение его по предварительному сговору группой лиц;
        • с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.
        • В ч. 3 ст. 162 устанавливается ответственность за разбой, совершенный:

          • с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище;
          • в крупном размере.
          • А в части 4 — за разбой, совершенный:

            • в целях завладения имуществом в особо крупном размере;
            • с причинением тяжкого вреда здоровью (добавим к этому — или смерти).
            • Кража, грабеж и разбой. Квалификация преступлений: Видео

              Квалификация кражи (ст. 158 УК РФ)

              Преступления против собственности в значительной мере определяют общее состояние и тенденции современной преступности, а значит, в целом и всю криминальную ситуацию в стране [X] . На протяжении последних двадцати лет в структуре общей преступности показатель удельного веса данных преступлений в основном превышал 50 %.

              В виду широкой распространенности хищений правоприменительная практика по ним не раз обобщалась Пленумом Верховного Суда РФ, разъяснения которого необходимо учитывать в процессе квалификации преступлений. В частности, речь идет о постановлении № 29 от 27 декабря 2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» и о постановлении от 27 декабря 2007 г. №51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

              Понятие кражи определено в диспозиции ч. 1 ст. 158 УК РФ, согласно которой под кражей понимается тайное хищение чужого имущества.

              Учитываемые в процессе квалификации признаки объекта кражи характерны для всех составов преступлений против собственности и их уголовно-правовое значение заключается в том, что реализация права собственности немыслима не только без отношения собственника к имуществу как к своему, но и без отношения общества к данному имуществу как к чужому. Названные правоотношения, вплетенные в материю права собственности, реализуются через владение, пользование и распоряжение имуществом. Таким образом, категория права собственности может быть определена как юридически обеспеченная и закрепленная за собственником возможность владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему имуществом, а также устранять вмешательство третьих лиц в сферу его хозяйственного господства над таким имуществом, действуя при этом по своему усмотрению, вне противоречия с действующими законами и не нарушая права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

              С целью обеспечения действенных гарантий соблюдения права собственности юридическая защита должна быть с момента возникновения права собственности и до ее прекращения. Отмеченный вопрос тесно связан с проблемой установления водораздела между законными и
              противоправными способами завладения имуществом. Иными словами, во главу угла должен быть поставлен вопрос о легитимных основаниях приобретения права собственности и возможности их однозначного отграничения от противоправных способов [XI] .

              Одним из оснований легитимного приобретения права собственности является воля предшествующего собственника, а также наличие правопреемства. Традиционно их принято делить на первоначальные и производные. К первоначальным относятся такие основания, при которых право собственности правомерно возникает у лица независимо от воли предшествующего собственника, например, по решению суда, а производными признаются такие, при которых таковая воля присутствует.

              В соответствии с действующим гражданским законодательством все формы собственности охраняются одинаково, но в рамках конкретного уголовного дела органы расследования обязаны установить ее вид. Форма собственности может оказаться определяющей при вменении такого квалифицирующего признака кражи как причинение значительного ущерба гражданину. В этом случае форма собственности может быть только частной.

              Кража является одной из форм хищений, в связи с чем изучение особенностей квалификации данного состава преступления предполагает рассмотрение понятия и признаков хищения.

              В приложении к ст. 158 УК РФ хищение определяется как совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

              Из приведенного законодательного определения вытекает семь институциональных признаков.

              1) Хищение может быть совершено путем изъятия и (или) обращения имущества в пользу виновного или других лиц. При изъятии чужое имущество извлекается из собственности потерпевшего и переводится в фактическое обладание виновного лица. При обращении чужого имущества виновный пользуется им как своим.

              2) Предметом хищения может быть только имущество, т.е. элементы материального мира, в которые вложен труд человека и они обладают экономической ценностью, которая, с нашей точки зрения, должна признаваться их владельцами. Но, к сожалению, в правоприменительной практике встречаются случаи, когда субъектам краж вменяется в вину хищение имущества, не обладающего ценностью для его собственника. Так, во время краж наряду с ценными для потерпевшего вещами часто похищаются отдельные предметы, которые потерпевшие не считают для себя какой- либо ценностью (старые книги, ношеная одежда, вышедшая из строя электронная аппаратура) и если бы не кража, готовы были бы их выкинуть. При допросе потерпевшие указывают, что отдельные похищенные предметы для них не представляют экономической ценности, однако следователи производят оценку этих предметов и их стоимость суммируют с другим похищенным имуществом.

              При всей традиционности такой практики следует признать ее вредной для правосудия, и особенно для самих подсудимых и органов следствия. По справедливому замечанию В.В. Векленко, квалификация «с запасом» дискредитирует органы государственной власти, порождает сомнение в их компетентности или, что еще хуже, свидетельствует об их предвзятости 1 .

              В юридической литературе высказывается мнение о том, что факт неустановления собственника или иного владельца имущества не является препятствием для привлечения виновного лица к ответственности за хищение чужого имущества [XII] . Данная точка зрения получила признание в теории уголовного права, но на практике она не может быть реализована. Неу становление собственника или иного владельца похищенного имущества исключает возможность органов расследования доказать противоправность изъятия имущества из владения собственника. Факт обнаружения у виновного того или иного имущества и его последующие признательные показания в краже этого имущества не могут быть положены в основу обвинения в виду отсутствия необходимой совокупности доказательств.

              Следует отметить, что в деятельности некоторых следственных подразделений органов внутренних дел складывалась практика, согласно которой лицам предъявлялось обвинение в совершении краж имущества, принадлежащего неустановленным в ходе следствия лицам. Но, суды по всем таким случаям выносили оправдательные приговоры и, по вышеуказанным причинам, не безосновательно.

              3) Похищаемое имущество должно быть чужым, т.е. в отношении предмета хищения субъект преступления не должен иметь реального или предполагаемого права.

              Предполагаемое право возникает в случае неверного толкования, неправильной оценки тех или иных положений закона со стороны лица, совершающего изъятие. Самовольное осуществление предполагаемого права следует квалифицировать как самоуправство. В данном случае отсутствует такой признак хищения, как противоправность.

              Действительное право означает основанное на законе, иных нормативных актах право на получение данного имущества. Не имеет значения, оформлено ли оно в установленном законом порядке. Главное, что такое право имеется по существу, а не по форме. Действия виновных в таких случаях следует квалифицировать также как самоуправство, а не хищение.

              4) Действия виновного лица противоправны, т.е. незаконны и оно понимает, что не имеет на похищаемое имущество какого-либо права. Незаконность изъятия можно рассматривать и как самостоятельный признак хищения, и как еще один аспект противоправности изъятия. Но в любом случае данный признак означает, что при хищении изъятие имущества должно происходить одним из способов, прямо указанных в законе.

              5) Виновное лицо изымает чужое имущество безвозмездно, т.е. без возмещения стоимости похищенного имущества или с символическим либо неадекватным возмещением.

              6) Субъект хищения действует с корыстной целью. Корыстная цель заключается в удовлетворении личных материальных потребностей субъекта преступления либо в достижении незаконного обогащения других лиц по корыстным мотивам виновного лица. Не образуют состава хищения противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а, например, с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику либо в связи с предполагаемым правом на это имущество.

              В тех случаях, когда незаконное изъятие имущества совершено при хулиганстве, изнасиловании или других преступных действиях, необходимо устанавливать, с какой целью лицо изъяло это имущество. Если лицо преследовало корыстную цель, содеянное им в зависимости от способа завладения имуществом должно квалифицироваться по совокупности как соответствующее преступление против
              собственности и хулиганство, изнасилование или иное преступление.

              7) Хищением причиняется ущерб собственнику или иному владельцу имущества, который может быть только реальным в виде прямых убытков, а не в виде упущенной выгоды.

              Объективная сторона кражи определяется тайным хищением чужого имущества.

              В теории уголовного права тайный способ хищения, как правило, признается в следующих ситуациях:

              1) когда оно совершается в отсутствие собственника, иного владельца имущества, а также других лиц;

              2) когда оно совершается в присутствии собственника, иного владельца или других лиц, но незаметно для них (например, гражданин, воспользовавшись тем, что продавец отвлекся и не наблюдает за происходящим, похищает с прилавка магазина какой-то товар и скрывается);

              3) когда оно совершается в присутствии очевидцев, наблюдающих за виновным, но не осознающих противоправности его действий, полагающих, что он имеет право на имущество (например, на глазах группы людей гражданин садится в припаркованную машину и уезжает, присутствующие при этом полагают, что транспортное средство ему принадлежит, а на самом деле в их присутствии совершается хищение);

              4) когда оно совершается в присутствии лиц, в силу определенных обстоятельств заведомо для виновного не способных осознавать происходящее (спящих, психически больных, находящихся в состоянии обморока или сильной степени опьянения, малолетних и др.);

              5) когда оно совершается в присутствии лиц, наблюдающих за действиями виновного, осознающих противоправный характер его действий, но не дающих знать о своем присутствии, в связи с чем виновный полагает, что действует тайно (например, соседка наблюдает через дверной глазок, как
              в квартиру напротив проникает вор, а впоследствии выходит из нее с похищенными вещами) [XIII] .

              Помимо перечисленных ситуаций следует выделить еще одну, при которой виновное лицо использует обман для того, чтобы ввести в заблуждение очевидцев кражи относительно законности своих действий. Например, в последнее время распространены случаи хищений чужого имущества из больничных палат, при совершении которых субъект преступления представляется родственником пациента, после чего в присутствии других лиц забирает вещи отсутствующего больного якобы по его просьбе или в связи с тем, что больного перевели в другую палату. Подобные преступления нередко квалифицируются как мошенничество, что с нашей точки зрения является ошибкой. В данном случае необходимо исходить из того, что использование обмана послужило лишь способом обеспечения доступа виновного к чужому имуществу. Присутствующие при этом лица не осознавали факта кражи.

              Кражей являются также случаи похищения предметов одежды и обуви в магазине, если они выдаются виновному для примерки.

              Определение тайности способа хищения включает в себя не только объективный, но и субъективный критерий, который характеризует психическое отношение виновного лица к способу совершаемого им хищения, осознание того, действует он тайно или открыто. Если виновный считает свои действия тайными, то они должны квалифицироваться как кража, даже если он заблуждался.

              При квалификации хищений следует иметь в виду, что способ хищения во время его совершения может трансформироваться из кражи в грабеж или разбойное нападение. Совершение хищений в сфере торговли нередко начинается тайно, но после того, как обнаруживаются работниками магазина или другими лицами, виновные не
              оставляют своих преступных намерении и похищают имущество открыто, иногда с применением насилия.

              Действия, начатые как менее опасное хищение, могут перерасти в более опасное только при условии, если содеянное первоначально не содержит признаков оконченного преступления, сопряжено с однородными действиями, и виновный имел возможность прекратить завладение чужим имуществом. Если насильственные действия совершены по окончании кражи, они не могут рассматриваться как грабеж или разбой и подлежат самостоятельной квалификации по соответствующим статьям УК в зависимости от характера этих действий и наступивших последствий 1 .

              Наиболее сложно обстоит вопрос с оценкой хищений, при которых деяние переросло в менее опасное или равное по опасности хищение. Некоторые авторы указывают, что такие хищения надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, как покушение на совершение первого и как оконченное другое преступление [XIV] [XV] . Мы не разделяем данную позицию, так как в этом случае субъект преступления, намеривавшийся совершить грабеж, а совершивший в итоге кражу, будет наказан более строго, чем если бы он совершил грабеж, как и планировал. Наказание в таком случае ему будет назначено по совокупности преступлений.

              Судебной практике известно немало случаев, когда субъект преступления намеривался совершить грабеж, а совершил в итоге кражу. Чаще всего это происходит на рынках, когда субъект преступления с целью совершения грабежа подходит к торговому прилавку хватает часть товара и убегает. Потом выясняется, что факт хищения никто не заметил. Продавщица в момент совершения хищения отвлеклась и не смотрела за товаром, а присутствующие на рынке покупатели просто не обратили внимание на бегущего человека. В этом случае действия субъекта преступления необходимо
              квалифицировать как покушение на грабеж без дополнительной квалификации по ст. 158 УК РФ.

              Все формы хищений (за исключением разбоя) имеют материальный состав, т.е. считаются оконченными с момента наступления общественно опасных последствий. В качестве таких последствий в хищениях выступает ущерб, причиненный собственнику или иному владельцу похищенного имущества. Ущерб считается причиненным с того момента, когда виновное лицо получило реальную возможность распоряжаться похищенным имуществом.

              Субъективная сторона всех форм хищений характеризуется умышленной виной в виде прямого умысла, корыстной цели и корыстного мотива.

              О наличии прямого умысла в общем случае можно вести речь тогда, когда общественно опасное последствие, являющееся элементом состава преступления, охватывается конечной целью виновного. С наступлением этого последствия цель виновного лица достигнута, а его мотив удовлетворен.

              Корысть в практике судебных органов означает желание получить не столько личную выгоду, сколько возможность распорядиться имуществом как своим собственным.

              Сущность корыстного мотива законодательно не определена. В юридической литературе мнения на этот счет различны, при этом некоторую путаницу вносит сам законодатель, когда, например, в разных случаях применяет термины «корыстные побуждения» (и. «3» ч. 2 ст. 105 УК РФ), «корыстная заинтересованность» (ч. 1 ст. 137 УК РФ), «личный интерес» (ст. 196 УК РФ). В связи с этим некоторые авторы абсолютно справедливо считают, что законодатель неоправданно использует различные термины для обозначения одного понятия — «корыстный мотив». В случае хищениями у виновного перед совершением преступления был сформирован корыстный мотив, который, в свою очередь, предопределил постановку цели преступления — хищение чужого имущества. Достижение цели реализуется в противоправном изъятии чужого имущества и обращении его в свою пользу или пользу третьих лиц [XVII] .

              В ч. 2 ст. 158 УК РФ предусмотрены следующие квалифицирующие признаки кражи:

              1) группой лиц по предварительному сговору.

              Под кражей, совершенной по предварительному сговору группой лиц, следует понимать такую кражу, в которой участвовали двое и более лиц, заранее договорившихся о совместном его совершении.

              Уголовная ответственность за кражу, совершенную группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении кражи (например, лицо не проникало в жилище, но
              участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу ч. 2 ст. 34 УК РФ не требует дополнительной квалификации по ст. 33 УК РФ.

              При квалификации действий виновных как совершение хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору суду следует выяснять, имел ли место такой сговор соучастников до начала действий, непосредственно направленных на хищение чужого имущества, состоялась ли договоренность о распределении ролей в целях осуществления преступного умысла, а также какие конкретно действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками преступления.

              Действия лица, непосредственно не участвовавшего в хищении чужого имущества, но содействовавшего совершению этого преступления советами, указаниями либо заранее обещавшего скрыть следы преступления, устранить препятствия, не связанные с оказанием помощи непосредственным исполнителям преступления, сбыть похищенное и т.п., надлежит квалифицировать как соучастие в содеянном в форме пособничества со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ.

              В юридической литературе встречается мнение о том, что стояние на страже, отвлечение внимания потерпевшего разговором не входит в объективную сторону кражи или, например, грабежа, а, следовательно, не может быть признано исполнением преступления. Поэтому отдельные авторы считают признание соисполнительством подстраховывание соучастников от возможного обнаружения совершаемого ими преступления — пример расширительного толкования
              уголовного закона. Подобные деяния должны квалифицироваться как пособничество в совершении кражи [XVIII] .

              Мы не придерживаемся приведенного мнения и считаем, что заранее согласованное нахождение соучастника кражи или грабежа на месте совершения преступления образует соисполнительство, а не пособничество.

              При квалификации действий двух и более лиц, похитивших чужое имущество путем кражи группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, следует иметь в виду, что в случаях, когда лицо, не состоявшее в сговоре, в ходе совершения преступления другими лицами приняло участие в его совершении, такое лицо должно нести уголовную ответственность лишь за конкретные действия, совершенные им лично.

              Учитывая, что законом не предусмотрен квалифицирующий признак совершения кражи группой лиц без предварительного сговора, содеянное в таких случаях следует квалифицировать по ч. 1 ст. 158 УК РФ;

              2) с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище.

              Под незаконным проникновением в помещение или иное хранилище следует понимать противоправное в них вторжение с целью совершения кражи.

              Проникновение в помещение или хранилище может быть осуществлено и тогда, когда виновный извлекает похищаемые предметы без вхождения в соответствующее помещение.

              Под помещением понимаются строения и сооружения независимо от форм собственности, предназначенные для временного нахождения людей или размещения материальных ценностей в производственных или иных служебных целях. Оно может быть как постоянным, так и
              временным, как стационарным, так и передвижным (часть 3 примечания к ст. 158 УК РФ).

              Хранилище — это хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, магистральные трубопроводы, иные сооружения независимо от формы собственности, которые оборудованы ограждением либо техническими средствами или обеспечены иной охраной и предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей (часть 3примечания к ст. 158 УК РФ).

              Если лицо, совершая кражу, незаконно проникло в помещение либо иное хранилище путем взлома дверей, замков, решеток и т.п., содеянное им дополнительной квалификации по ст. 167 УК РФ не требует, поскольку умышленное уничтожение указанного имущества потерпевшего в этих случаях явилось способом совершения хищения при отягчающих обстоятельствах;

              3) с причинением значительного ущерба гражданину. Потерпевшим от кражи, совершенной с причинением значительного ущерба гражданину, может являться только физическое лицо. Значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее двух тысяч пятисот рублей. Квалифицирующий признак кражи, предусмотренный пунктом «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, может быть инкриминирован виновному лишь в случае, когда в результате совершенного преступления потерпевшему был реально причинен значительный для него материальный ущерб;

              4) из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем. Совершение кражи из одежды, сумки или другой ручной клади может иметь место лишь в том случае, если одежда находится на человеке или в его руках, также в руках человека должна находиться сумка или другая ручная кладь.

              В ч. З ст. 158 УК РФ предусмотрены следующие особо квалифицирующие признаки кражи.

              1) незаконное проникновение в жилище. Решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, признака незаконного проникновения в жилище, необходимо выяснять, с какой целью виновный оказался в чужом жилище, а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом. Если лицо находилось там правомерно, не имея преступного намерения, но затем совершило кражу, в его действиях указанный признак отсутствует.

              Этот квалифицирующий признак отсутствует также в случаях, когда лицо оказалось в жилище с согласия потерпевшего или лиц, под охраной которых находилось имущество, в силу родственных отношений или знакомства.

              В случае признания лица виновным в совершении хищения чужого имущества путем незаконного проникновения в жилище дополнительной квалификации по ст. 139 УК РФ не требуется, поскольку такое незаконное действие является квалифицирующим признаком кражи;

              2) из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода. Данный квалифицированный вид хищения почти всегда совершается путем незаконной «врезки» и в связи с этим попадает сразу под два самостоятельных состава преступления — кража, совершенная из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода (п. «б» ч. 3 ст. 158 УК РФ) и приведение в негодность нефтепроводов, нефтепродуктопроводов из корыстных побуждений (ст. 215.3 УК РФ).

              Законодательная формулировка указанных норм предписывает правоприменителю квалифицировать описанный вид хищения по совокупности отмеченных преступлений. Однако, в связи с тем, что умышленное повреждение нефтепровода, нефтепродуктопровода или газопровода предшествует краже, в правоприменительной практике не выработаны единые подходы к правовой оценке
              подобных деяний. В ряде случаев неоконченное хищение, например, горюче-смазочных материалов путем «вреза» в трубопровод, квалифицируется только как приведение в негодность нефтепроводов или нефтеиродуктопроводов. Естественно, такая правовая оценка не учитывает то, что умысел виновного направлен на кражу горюче-смазочных материалов или нефтепродуктов, а приведение в негодность нефтепровода или нефтепродуктопровода являлось лишь способом совершения кражи. Но и квалификация данных деяний по совокупности ст. 158 и 215.3 УК РФ, на первый взгляд, тоже не безупречна, поскольку рассматриваемые преступления отчасти конкурируют между собой и еще потому, что в соответствии с ч. 2 ст. 6 УК РФ никто не может нести уголовную ответственность за одно и то же преступление дважды. В этой связи необходимо определиться, могут ли действовать правила совокупности преступлений, если совокупность уже учтена в Особенной части УК в качестве квалифицирующего признака.

              До вступления в законную силу Федерального закона от 30.12.2006г. № 283-ФЗ, дополнившего уголовное

              законодательство ст. 215.3 УК РФ, а ч. 3 ст. 158 УК РФ квалифицирующим признаком «кража, совершенная из нефтепровода, нефтепродуктопровода, газопровода», рассматриваемый вид хищения квалифицировался только как кража. Такая правовая оценка основывалась на разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ, содержащихся в абз. 1 и. 20 постановления от 27 декабря 2002 г. № 29:

              — если лицо, совершая кражу, проникло в хранилище путем взлома дверей, замков, решеток и т.п., содеянное надлежит квалифицировать по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК и дополнительной квалификации по ст. 167 УК (Умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества) не требуется, поскольку умышленное повреждение имущества в этих случаях явилось способом совершения хищения при отягчающих обстоятельствах.

              Несмотря на приведенное разъяснение Верховного Суда РФ применительно к хищениям из нефтепровода, нефтепродуктопровода или газопровода предложенную судом квалификацию нельзя признать бесспорной. При такой квалификации более опасное оконченное преступление охватывается (поглощается) менее опасным и неоконченным криминальным деликтом. Умышленное повреждение нефтепровода или нефтепродуктопровода на тот момент попадало под действие ч. 2 ст. 167 УК РФ, так как оно совершалось общеопасным способом. По этой норме максимальное наказание виновных могло достичь пяти лет лишения свободы. При квалификации же действий виновных лиц как покушение на квалифицированную кражу, в соответствии с ч. 3 ст. 66 УК РФ (Назначение наказания за покушение на преступление), их максимальное наказание не могло превышать три года и девять месяцев лишения свободы.

              Аналогичная ситуация складывается и в рамках действующего уголовного законодательства. За приведение в негодность нефтепроводов или нефтепродуктопроводов, не повлекшее за собой последствий, указанных в ч. 2 ст. 215.3 УК РФ, максимальное наказание может достичь пяти лет лишения свободы, а за покушение на кражу из нефтепровода или нефтепродуктопровода не больше чем четыре года и шесть месяцев лишения свободы. Таким образом, хищение горюче-смазочных материалов или нефтепродуктов из нефтепроводов или нефтепродуктопроводов должно квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных указанными статьями уголовного законодательства.

              3) в крупном размере. В соответствии с примечанием к ст. 158 УК РФ, крупным размером в статье гл. 21 УК РФ признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей.

              Как хищение в крупных размерах должно квалифицироваться и совершение нескольких хищений чужого имущества, общая стоимость которого превышает двести пятьдесят тысяч рублей, если они совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить хищение в крупных размерах. При квалификации хищения, совершенного несколькими лицами, следует исходить из стоимости похищенного всеми участниками группы.

              Определяя размер похищенного имущества, необходимо учитывать его фактическую стоимость на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов.

              В ч. 4 ст. 158 УК РФ предусмотрены особо квалифицирующие признаки за кражу:

              1) совершенную организованной группой. При квалификации кражи совершенной организованной группой следует иметь в виду, что совершение данного преступления организованной группой признается в случаях, когда в ней участвовала устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. В отличие от группы лиц, заранее договорившихся о совместном совершении преступления, организованная группа характеризуется, в частности, устойчивостью, наличием в ее составе организатора (руководителя) и заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределением функций между членами группы при подготовке к совершению преступления и осуществлении преступного умысла.

              Об устойчивости организованной группы может свидетельствовать не только большой временной промежуток ее существования, неоднократность совершения преступлений членами группы, но и их техническая оснащенность, длительность подготовки даже одного преступления, а также
              иные обстоятельства (например, специальная подготовка участников организованной группы к проникновению в хранилище для изъятия денег или других материальных ценностей).

              Если лицо подстрекало другое лицо или группу лиц к созданию организованной группы для совершения кражи, но не принимало непосредственного участия в подборе ее участников, планировании и подготовке к совершению кражи (краж) либо в ее совершении, его действия следует квалифицировать как соучастие в совершении организованной группой кражи со ссылкой на ч. 4 ст. 33 УК РФ;

              2) в особо крупном размере. Особо крупным размером кражи признается стоимость имущества, превышающая один миллион рублей.

              Определяя момент окончания хищения, следует руководствоваться установленными в правоприменительной практике и науке уголовного права критериями для разграничения оконченного хищения и покушения на него. Первым является момент выхода имущества из владения собственника, а вторым — момент, с которого виновный имел возможность фактически распорядиться похищенным.