Источники международного гражданского процесса схема

3. Источники международного гражданского процесса

Правовая карта планеты в сфере международного гражданского процесса характеризуется следующим. Особенность источников международного гражданского процесса заключается в их множественности, они разбросаны по многим национальным и международно-правовым актам. Только частично отдельные институты международного гражданского процесса подверглись кодификации. Это объясняется целым рядом причин. Во-первых, сложностью и неоднородностью правового материала, во-вторых, различием систем континентального (гражданского) и общего права; в-третьих, национальными традициями, поскольку право не только явление рационального порядка, направленное на регулирование юридической деятельности, но и результат длительного развития, отражающий исторические и национальные черты правовой системы конкретного государства; в-четвертых, различиями в уровнях экономического развития той либо иной страны, степенью ее вовлеченности в международный экономический и гражданский оборот и соответственно разницей в потребностях в правовом регулировании отношений с иностранным элементом; другими факторами.

Если соотнести, образно говоря, географическую и правовую карты нашей планеты, то в сфере международного гражданского процесса (и международного частного права) можно выделить несколько центров правового притяжения, в рамках которых существует свой правовой режим, складывается наднациональное законодательство и юридическая система, а национальное право развивается под влиянием межгосударственных органов. К их числу относятся Европейский союз (ЕС), СНГ, Северная Америка, возможно, страны Латинской Америки. Что касается стран Азии и Африки, Тихоокеанского региона, то здесь ограниченность информации не позволяет сделать какие-либо обоснованные выводы.

Определенное, но выраженное более в сфере защиты прав человека, интегрирующее значение в правовой сфере оказывает Совет Европы, его законодательство и решения Европейского суда по правам человека. В этом плане акты Совета Европы оказывают влияние на страны как ЕС, так и СНГ. Что касается стран СНГ, то здесь наряду с соглашениями и конвенциями, охватывающими все государства СНГ, складывается более определенная и тесная правовая общность между отдельными группами государств, в частности между Россией и Беларусью; Россией, Беларусью, Казахстаном, Кыргызстаном и Таджикистаном.

Иерархия источников. Иерархия источников международного гражданского процесса в России заключается в приоритете норм международно-правовых над национальным законодательством (ч.4 ст.15 Конституции РФ)*(253).

Международно-правовые источники

Можно выделить три уровня таких актов.

Во-первых, акты наднационального характера, изданные международными союзами государства, которые имеют силу выше, чем нормы международных договоров.

Во-вторых, многосторонние договоры.

В-третьих, двусторонние договоры. В них содержатся нормы как коллизионные, так и регулирующие определенные вопросы по существу. Можно отметить тенденцию в сторону увеличения второй группы непосредственно регулирующих нормативных предписаний.

Наднациональные акты. Такие акты издаются, например, Европейским союзом. По юридической силе различаются Регламенты, Директивы, Решения, Рекомендации и заключения (ст.249 Договора об учреждении Европейского сообщества). Среди них следует назвать Регламент Совета Европейского союза от 22 декабря 2000 г. N 44/2001 о юрисдикции, признании и принудительном исполнении судебных решений по гражданским и торговым делам, вступивший в силу с 1 марта 2002 г.

Регламент 44/2001 является составной частью законодательства ЕС и имеет высшую юридическую силу после Договора о создании ЕС, что позволяет ему быть непосредственно применяемым на всей территории Сообщества. Процедура внесения изменений в Регламенты более проста, чем процедура изменения конвенций. Поэтому вступление в состав Европейского сообщества нового участника автоматически распространяет на него обязательство по соблюдению всего законодательства Сообщества.

Многосторонние соглашения и договоры. Это, пожалуй, самая значительная часть правовой основы международного гражданского процесса. X. Шак в связи с этим замечает, что главной причиной конфликтов между конвенциями является огромное множество занимающихся разработкой международных договоров международных органов и организаций. «Утешает лишь то, что не из каждого яйца вылупится птенец», — пишет X. Шак*(254′). В соответствии со сложившейся классификацией можно выделить универсальные и региональные соглашения. Часть из них посвящены преимущественно вопросам международного гражданского процесса, а другие содержат нормы как международного частного, так и процессуального права.

Универсальные соглашения. Универсальный характер носят многие Гаагские конвенции, подготовленные усилиями Гаагской конференции по международному частному праву, в частности:

  • Конвенция по вопросам гражданского процесса (1954 г.);
  • Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам (1965 г.);
  • Конвенция о получении за границей доказательств по гражданским и торговым делам (1970 г.);
  • Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официальных документов (1961 г.);
  • Конвенция о международном доступе к правосудию (1980 г.).
  • Из универсальных соглашений, посвященных вопросам как материального, так и процессуального права, следует отметить:

  • Конвенцию об урегулировании инвестиционных споров между государствами и гражданами других государств (Вашингтон, 1965 г.);
  • Венскую конвенцию о дипломатических сношениях (от 18 апреля 1961 г.);
  • Венскую конвенцию о консульских сношениях (от 24 апреля 1963 г.);
  • Конвенцию ООН по морскому праву (1982 г.) и др.
  • Региональные соглашения. Они заключаются между группами стран, связанных, как правило, территориальной, политической, экономической и иной близостью. Например, в рамках СНГ можно назвать следующие соглашения:

  • Конвенцию о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 г.);
  • Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности (Киев, 20 марта 1992 г.).

Достаточно много соглашений заключено в рамках Европы, преимущественно между странами -участницами ЕС, а также другими государствами Европы. В их числе, к примеру, можно выделить:

  • Европейскую конвенцию о внешнеторговом арбитраже (Женева, 12 апреля 1961 г.);
  • Брюссельскую конвенцию по вопросам юрисдикции и принудительного исполнения судебных решений в отношении гражданских и коммерческих споров (27 сентября 1968 г.);
  • Луганскую конвенцию по вопросам юрисдикции и принудительного исполнения судебных решений в отношении гражданских и коммерческих споров (16 сентября 1988 г.);
  • Европейскую конвенцию об иммунитете государств (от 16 мая 1972 г.).
  • Из неевропейских актов можно выделить Кодекс международного частного права (Кодекс Бустаманте), принятый на VI Международной американской конференции (вступил в силу 25 ноября 1928 г.). Он является региональным договором, заключенным между странами Центральной и Южной Америки, и представляет собой пример относительно полной кодификации норм международного частного права и международного гражданского процесса. Кодекс явился первым достаточно успешным опытом унификации, включает 437 статей и действует уже в течение более чем 70 лет для 15 государств Латинской Америки*(255).

    Двусторонние соглашения и договоры. Многие страны, включая Россию, не только являются участниками многосторонних конвенций и соглашений, но и заключают двусторонние договоры, которые могут содержать особые условия правового взаимодействия, отличные от установленных многосторонними договорами. В соответствии со сложившимися правилами толкования положения двустороннего договора имеют приоритет над аналогичным правилом многосторонней конвенции*(256). Как сказано в п.З постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 июня 1999 г. N 8 «О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса», суд учитывает, что двусторонний международный договор является специальным нормативным актом по отношению к многосторонним международным договорам регионального и всеобщего характера. Однако на практике столь прямолинейное толкование может оказаться сомнительным, например в тех ситуациях, когда многосторонняя конвенция устанавливает более льготный правовой режим, чем двусторонний договор.

    Модельное (типовое) законодательство. Перспективы развития международно-правовых источников. В качестве одной из тенденций развития системы гражданской юрисдикции следует отметить постепенное сближение правил и процедур (подробнее см.§ 4 гл.1).

    При характеристике развития модельного процессуального законодательства в рамках СНГ можно говорить о двух направлениях работы.

    Во-первых, работа по правовому регулированию вопросов международного частного права и международного гражданского процесса, определению коллизионных норм, вопросов взаимного исполнения судебных актов и иного процессуального взаимодействия. В этом плане уже приводились ранее ряд конвенций и соглашений, заключенных между странами СНГ (например, Киевское соглашение)*(257).

    Во-вторых, работа в рамках Межпарламентской Ассамблеи стран СНГ над проектами двух кодифицированных актов — Модельного ГПК стран СНГ и Модельного кодекса судопроизводства по экономическим правоотношениям государств СНРЧ258).

    Российские источники

    В нашей стране нет единого кодифицированного акта, посвященного вопросам международного гражданского процесса применительно к деятельности арбитражных судов. Поэтому в этом плане следует выделить целую группу различных актов, так или иначе содержащих нормы международного гражданского процесса в самых разных их аспектах:

  • АПК-ст.З, 13, 14, 16; гл.30-33 и др.;
  • Основы законодательства РФ о нотариате — раздел XXI «Применение нотариусом норм иностранного права» и некоторые другие;
  • ГК — часть третья — в сфере регулирования правил международного частного права;
  • Федеральный закон «Об исполнительном производстве» — глава IX «Совершение исполнительных действий в отношении иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных организаций. Исполнение судебных актов и актов других органов иностранных государств», ст.2 — о приоритете международных договоров над исполнительным законодательством Российской Федерации, ст.7 — об исполнительных документах на основании решений иностранных судов и арбитражей и др.;
  • Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» — ст.1 — о приоритете международных договоров над национальным законодательством о банкротстве, о принципе взаимности при признании решений судов иностранных государств и др.;
  • Федеральный закон «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» — ст.5 — о судебной защите прав иностранных инвесторов и др.
  • Есть и другие федеральные законы и акты федеральных органов исполнительной власти, где так или иначе затрагиваются вопросы международного гражданского процесса.

    14.4.Международный договор как источник международного гражданского процесса

    В современном мире вес международных соглашений в регулировании судопроизводства возрастает. Это связано прежде всего с признанием фундаментального значения основных прав и свобод человека и с развитием международного экономического со трудничества, расширением международных контактов на различ ных уровнях.
    Среди универсальных многосторонних международных догово-
    Приведенные примеры свидетельствуют, что в национальном праве наблюдается устойчивая тенденция к кодификации норм МЧП и МГП. Наиболее правильным представляется подход, из бранный чешским и турецким законодателем. В праве этих госу дарств международное частное право и международный граждан ский процесс не объединяются в одну отрасль права, но системати зированы в одном нормативном акте. С практической точки зрения это самый удобный способ — реализация положений МЧП пред полагает специальные процедурные формы, формы МГП, поэтому такая структура законодательства значительно облегчает работу правоприменительных органов.

    416 ров следует отметить Гаагскую конвенцию по вопросам гражданско го процесса 1954 г.; Венскую конвенцию о дипломатических сноше ниях 1961 г.; Нью-Йоркскую конвенцию о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г.; Европей скую конвенцию о внешнеторговом арбитраже 1961 г.; Гаагскую конвенцию об отмене требования легализации иностранных офици альных документов 1961 г. и др. Большинство универсальных меж дународных договоров, регулирующих вопросы международного гражданского процесса, разрабатываются в рамках Гаагской конфе ренции по международному частному праву.
    Гаагская конвенция по вопросам гражданского процесса (пер вые редакции — 1896 и 1905 гг.) регулирует вручение судебных и внесудебных документов, выполнение отдельных процессуальных действий и судебных поручений, освобождение иностранцев-истцов от обеспечения судебных расходов, бесплатное оказание правовой помощи. В Конвенции участвуют в основном европейские государ ства (США и Великобритания не участвуют). В отношениях между участниками Конвенции сохраняют свое действие двусторонние до говоры о правовой помощи, затрагивающие вопросы международ ного гражданского процесса. Соотношение действия Конвенции 1954 г. и двусторонних договоров основано на принципе lex specialis derogat lex generalis: положения двусторонних договоров имеют преимущественную силу перед положениями Конвенции.
    Венские конвенции о дипломатических сношениях 1961 г. и о консульских сношениях 1963 г. также содержат нормы междуна родного гражданского процесса: положения о дипломатических и консульских привилегиях и иммунитетах от юрисдикции государст ва пребывания; положения о юридической помощи и защите граж-дан своего государства на территории государства пребывания.
    Вопросы международного коммерческого арбитража на универ сальном многостороннем уровне решаются в Нью-Йоркской кон венции о признании и приведении в исполнение иностранных ар битражных решений 1958 г. и в Европейской конвенции о внешне-торговом арбитраже 1961 г. Нью-Йоркская конвенция обязывает государства признавать и исполнять иностранные арбитражные ре шения так же, как решения собственных арбитражей. Эта Конвен-
    ция устанавливает гарантии исполнения иностранных арбитражных 417 решений, вынесенных практически в любой стране мира, гарантии признания арбитражных соглашений.
    Вашингтонская конвенция о разрешении инвестиционных спо ров между государствами и лицами иных государств 1965 г. закреп-ляет особый порядок рассмотрения инвестиционных споров в спе циально созданном для этого органе — Международном центре по урегулированию инвестиционных споров (МЦУИС).
    Гаагская конвенция, отменяющая требования легализации ино странных официальных документов, 1961 г. значительно облегчила процедуру предоставления и признания официальных документов в иностранных правоприменительных органах, ввела понятие «апо- стиль» и установила его форму. Европейская конвенция о получе нии информации о праве иностранных государств 1968 г. определи ла порядок обмена правовой информацией и процесс установления содержания норм иностранного права, процедуру сотрудничества компетентных органов государств.
    Гаагская конвенция о доступе к международному правосудию 1980 г. регулирует вопросы оказания финансовой помощи по несе нию процессуальных расходов и по обеспечению процессуальных расходов, вопросы признания судебных постановлений о несении судебных расходов, проблемы выдачи расписок из реестра, личного реестра, иммунитета свидетелей и экспертов, вводит порядок сно шений через специально создаваемые органы.
    Гаагская конвенция о вручении за границей судебных и внесу дебных документов по гражданским и торговым делам 1965 г. уста навливает порядок вручения находящимся за границей лицам (ди пломатический, консульский, через центральные органы юстиции, непосредственно дипломатическими и консульскими представитель ствами заинтересованного государства). Гаагская конвенция о полу чении за границей доказательств по гражданским и торговым делам 1970 г. закрепляет упрощенный порядок сношений соответствующих государственных органов в отношении исполнения иностранных су дебных поручений. Россия присоединилась к этим двум конвенциям в 2001 г.
    Кроме универсальных международных соглашений, существует

    418 целый конгломерат региональных международных договоров, в ко торых регулируются вопросы международного гражданского про цесса: Минская конвенция СНГ о правовой помощи и правовых от ношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г., Кишиневская конвенция СНГ о правовой помощи и правовых отно шениях по гражданским, семейным и уголовным делам 2002 г., Киевское соглашение СНГ о порядке разрешения споров, связан ных с осуществлением хозяйственной деятельности, 1992 г., Араб ская конвенция о международном коммерческом арбитраже 1987 г., Брюссельская конвенция об иммунитете государств 1972 г., Кодекс Бустаманте, конвенции Европейского Союза.
    Книга IV Кодекса Бустаманте «Международный процесс» са мым детальным образом регламентирует вопросы международного гражданского процессуального права: общие правила компетенции в гражданских и торговых делах и изъятия из этих правил; право быть стороной в процессе и реализация этого права; отводы между народного характера; общие правила о доказательствах и специаль ные правила о доказывании иностранных законов; несостоятель ность и банкротство; признание и исполнение иностранных судеб ных решений.
    В государствах — членах Европейского Союза уже давно сложи лась особая система регионального права — европейское право.

    Не маловажное место в структуре европейского права занимает евро пейское гражданское процессуальное право, сформировавшееся в первую очередь за счет практики Европейского суда и закрепленное в международных соглашениях стран —членов ЕС.
    Для национальных судов стран —членов ЕС в области междуна родного гражданского процесса особо важную роль играют Брюс сельская конвенция о подсудности, признании и исполнении реше ний по гражданским и торговым делам 1968 г. и Луганская (Па раллельная) конвенция о юрисдикции, признании и исполнении реше ний по гражданским и торговым делам 1988 г. Применение этих конвенций представляет собой обычную практику судопроизводст ва; знание их положений для адвокатов является столь же обяза тельным, как и знание отечественного процессуального права.
    Брюссельская и Луганская конвенции характеризуются не толь-
    ко практически одинаковым названием, но и аналогичным подхо- 419 дом, одинаковыми принципами и почти идентичным текстом. Это является причиной другого названия Луганской конвенции — Па раллельная. Их основное различие — круг участников: Луганская конвенция была разработана на основе Брюссельской для го сударств — членов Европейской ассоциации свободной торговли (ЕАСТ). Кроме того, Луганская конвенция (в отличие от Брюссель ской, открытой только для членов ЕС) открыта для присоединения всем государствам. Это позволяет ставить вопрос о присоединении России к данному международному соглашению; такое присоедине ние ожидается уже в недалеком будущем.
    Более чем 30-летний период действия Брюссельской конвенции подтвердил правильность выраженного в ней принципиального подхода к унификации международной подсудности и процедуры исполнения иностранных судебных решений. В Конвенции, в част ности, предусмотрено, что национальные суды, рассматривающие коммерческие споры, обращаются друг к другу непосредственно, не прибегая к помощи центральных органов юстиции или органов ино-странных дел. В настоящее время отношения в сфере международ ного гражданского процесса во всех развитых странах строятся именно на основе механизма прямого взаимодействия судов разных стран. Структура взаимодействия по схеме «суд —суд, юстиция — юстиция, прокуратура —прокуратура» заложена в многочисленных межведомственных соглашениях. Проект новой всемирной Гаагской конвенции об исполнении иностранных судебных решений основан на брюссельских механизмах, предполагающих прямое общение су дов разных государств друг с другом.
    Под влиянием успеха Брюссельской конвенции, на базе уста новленного в ней механизма, апробированного в судебной практи ке, в рамках ЕС подписаны соглашения, затрагивающие важные ас пекты судопроизводства по делам с иностранным элементом: Кон венция о несостоятельности 1995 г., Конвенция о вручении в государствах — членах ЕС судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам 1997 г., Конвенция о подсудности, признании и исполнении решений по брачным делам 1998 г.
    Основную роль среди международно-правовых источников ме-

    420 ждународного гражданского процесса играют двусторонние догово ры: о взаимном признании и исполнении судебных и арбитражных решений, консульские конвенции, соглашения о торговле и море плавании, договоры о правовой помощи. Среди двусторонних согла шений прежде всего следует отметить договоры о правовой помощи. Система таких договоров связывает между собой практически все го сударства мира (РФ, например, имеет подобные соглашения более чем со 150 государствами). Договоры по оказанию правовой помо щи могут охватывать вопросы сотрудничества по гражданским, се мейным и уголовным делам, но могут быть посвящены правовой по мощи только в одной или нескольких областях: гражданские и тор говые дела, гражданские и семейные дела, только уголовные дела.
    Цель договоров о правовой помощи: обеспечение взаимного при знания и соблюдения имущественных и личных прав граждан одно го договаривающегося государства на территории другого. В дого ворах решается целый комплекс вопросов о сотрудничестве органов юстиции и прокуратуры, об охране прав граждан. По содержанию все такие договоры близки друг другу; решение вопросов в принци пе является единообразным; отдельные нормы полностью совпада ют. Договоры регулируют следующие вопросы:
    Сотрудничество между органами юстиции.
    Правовая защита.
    Определение и разграничение компетенции судов и примени мого права.
    Процессуальные права иностранцев.
    Исполнение поручений о правовой помощи.
    Признание и исполнение решений по гражданским и семей ным делам.
    Признание и пересылка документов.
    Выдача преступников и другие виды помощи по уголовным делам.
    В Министерстве юстиции РФ разработан типовой проект меж-дународного договора о правовой помощи, на основе которого про водятся переговоры в сфере сотрудничества по международному гражданскому процессу. В 90-х годах XX в. Россия заключила та-
    кие соглашения с Китаем, Польшей, Ираном, Албанией, Испанией 421 и другими государствами.
    По вопросам международного гражданского процесса существу ет и целая система специальных соглашений о свободном доступе к правосудию, о взаимном исполнении судебных поручений, о взаим-ном признании и исполнении судебных решений. Такие соглашения заключены Россией с Австрией (1935 г.), Францией (1936 г.), Бельгией (1946 г.), с ФРГ (1951 г.). Ответственность за реализа цию этих соглашений несут не органы министерств юстиции, а ми нистерства иностранных дел. Отдельные вопросы МГП разрешают ся в двусторонних консульских конвенциях, которые также свя зывают друг с другом все государства мира: это нормы о процессу альном представительстве консулами граждан своих государств, о выполнении консулом отдельных нотариальных действий.

    Источники международного гражданского процесса

    Национальное законодательство является главным источником МГП. Правосудие представляет собой одну из функций государственной власти, публичное правоотношение, и порядок его осуществления прежде всего регламентируется внутренним правом.

    Фундаментальные начала судоустройства и судопроизводства обычно закрепляются в конституционных актах. Основные законы государств устанавливают принцип разделения властей, принцип независимости судей и их подчинения только закону, право каждого на судебную защиту и свободный доступ к правосудию, основы судоустройства, иерархию судебных инстанций. Судебная система как структура и компетенция правоприменительных органов государства регулируется самостоятельными законами о судоустройстве:

    — едиными актами, определяющими статус всех судебных органов государства (Кодекс судоустройства Франции);

    — различными законами, каждый из которых регулирует деятельность отдельных систем судебной власти (законы о судах общей юрисдикции или судах по трудовым делам в ФРГ);

    — различными актами, посвященными отдельным звеньям судебной системы (Закон о Верховном суде и законы о местных судах в Великобритании).

    Основные источники российского гражданского процесса — ГПК РФ и АПК РФ. Для России является традиционным включение норм МГП в национальные процессуальные кодексы и другие нормативные акты, содержащие процессуальные нормы.

    Нормы МГП в российском праве закреплены в ГК, ГПК, СК, АПК РФ, Законе о МКА, Основах законодательства РФ о нотариате. Российский МГП частично кодифицирован: разд. V АПК РФ «Производство по делам с участием иностранных лиц» и разд. V ГПК РФ «Производство по делам с участием иностранных лиц». Следует отменить недостатки подобной терминологии: буквальное толкование может привести к выводу, что нормы этих разделов регулируют процедуру разбирательства не всех дел, связанных с иностранным правопорядком, а только тех, где субъектом правоотношения является иностранное лицо. С точки зрения смыслового толкования норм соответствующих разделов АПК РФ и ГПК РФ подобный вывод представляется неправильным. По смыслу речь идет о процедуре разбирательства гражданских дел не просто с участием иностранных лиц, а любых гражданско-правовых споров, связанных с иностранным правопорядком.

    Раздел V АПК РФ состоит из двух глав — гл. 32 «Компетенция арбитражных судов в Российской Федерации по рассмотрению дел с участием иностранных лиц» и гл. 33 «Особенности рассмотрения дел с участием иностранных лиц». Глава 31 «Производство по делам о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов и иностранных арбитражных решений» почему-то помещена в разд. IV «Особенности производства в арбитражном суде по отдельным категориям дел». Статья 14 АПК РФ «Применение норм иностранного права» вообще находится в разд. I «Общие положения». Получается, что с точки зрения структуры АПК РФ нормы гл. 31 и ст. 14 не относятся к «производству по делам с участием иностранных лиц».

    С точки зрения юридической техники все нормы, относящиеся к МГП, следовало бы сгруппировать в одном специальном разделе (если идти по пути межотраслевой кодификации). Такая структура привела бы к повтору многих положений, но у работников правоприменительных органов не возникало бы необходимости искать нужные нормы в других разделах кодексов или в иных нормативных актах. В АПК и ГПК по спорам, связанным с иностранным правопорядком, уже выявлено большое количество пробелов (которые почему-то не восполняются — с 2003 г. по настоящее время в разд. V ГПК РФ не внесено ни одного изменения). В действующем праве недопустимо подобное положение вещей, и пороки российского процессуального законодательства лишний раз демонстрируют несовершенство законотворческой системы нашего государства.

    Гражданско-процессуальное законодательство выступает основным источником национального МГП в праве многих государств (Испания, Польша, Япония). В ФРГ порядок рассмотрения частноправовых споров в судах общей юрисдикции регулируется ГПК (Уставом гражданского судопроизводства (1877)). Производство в административных, финансовых и прочих судах регламентируется иными нормативными актами (например, Административным судебным уставом (1961)). Кодификация норм МГП в ФРГ не произведена. Немецкая доктрина постоянно подчеркивает, что «разбросанность» норм МГП по разным нормативным актам и большое количество пробелов правового регулирования являются серьезными недостатками процессуального законодательства Германии.

    Судопроизводство стран общего права основано на состязательной системе, для которой характерно разделение исследовательских функций и функций принятия решений. На стороны возлагается бремя исследования обстоятельств дела, их инициативы являются основной движущей силой процесса. Суд вступает в процессуальные отношения по мере необходимости, для разрешения споров, возникающих в отношениях между сторонами. Основная задача суда — принять решение на основе изложенных сторонами материалов. Такая версия состязательного процесса создает наиболее благоприятные условия для использования разнообразных соглашений по процессуальным вопросам, в том числе соглашения о непредъявлении иска.

    Законодательные нормы, посвященные судоустройству и основным положениям судопроизводства, сосредоточены в разд. 28 Свода законов США. Этот документ не является аналогом процессуальных кодексов, поскольку устанавливает только основы судопроизводства. Разбирательство гражданских дел, связанных с иностранным правопорядком, регулируется на общих основаниях; отдельного раздела, посвященного МГП, в Своде законов нет. Отдельные нормы МГП содержатся в Федеральных правилах гражданского процесса для районных судов (1937), Федеральных правилах апелляционного производства (1967), Федеральных правилах доказательств (1975), в ЕТК США. Основные положения МГП закреплены в Втором своде законов о конфликтах законов.

    В Польше действует Закон о МЧП (2011); однако нормы МГП включены в ГПК (1964). Раздел III ГПК регламентирует вопросы международной подсудности, судопроизводство по делам с иностранным элементом, вопросы признания и исполнения иностранных судебных решений. Аналогичная ситуация имеет место в австрийском праве: Закон о МЧП не содержит норм МГП. Нормы МГП зафиксированы в нескольких законодательных актах — в Законе о юрисдикции, в ГПК, в Уставе исполнительного производства.

    В некоторых государствах приняты законы, само название которых ясно показывает характер этих актов как единой, комплексной кодификации МЧП/МГП — «Турецкий кодекс о международном частном праве и международном гражданском процессе». Проект Закона о МЧП Чехии представляет собой нормативный акт, содержащий коллизионные нормы МЧП и основные положения МГП. Часть II проекта «Общие положения международного гражданского процесса» определяет компетенцию чешских органов юстиции по частноправовым спорам, связанным с иностранным правопорядком, положение иностранцев в процессе, статус иностранных официальных документов, применение взаимности, оказание правовой помощи, признание и исполнение иностранных судебных решений (§ 6-19). Часть V (§ 102-109) регулирует оказание правовой помощи в отношениях с зарубежными странами.

    Большинство государств, принявших специальные законы о МЧП, включило в них и нормы МГП: Закон о МЧП Грузии (гл. II «Международная подсудность судов Грузии» и гл. IX «Процессуальные нормы»); Закон о МЧП Румынии (гл. XII «Процессуальные нормы в международном частном праве»). Многие государства зафиксировали нормы МЧП и МГП в специальных разделах гражданских кодексов: ГК Перу (книга X, титул II «Юрисдикционная компетенция», титул IV «Признание и исполнение иностранных судебных и арбитражных решений»). При этом во многих национальных кодификациях МГП регламентируется более подробно, чем МЧП: например, из 124 статей Закона о МЧП Македонии 70 статей посвящены «международной компетенции и процессу»; из 119 статей Закона о МЧП Словении 69 статей — МГП.

    В национальном праве наблюдается устойчивая тенденция к кодификации норм МЧП и МГП. Наиболее правильным представляется подход, избранный законодателем, принявшим единый акт кодификации МЧП и МГП. С практической точки зрения это самый удобный способ — реализация положений МЧП предполагает специальные процедурные формы, поэтому такая структура законодательства облегчает работу правоприменительных органов.

    Международные договоры по процессуальным вопросам направлены на организацию взаимодействия государственных структур разных стран в целях защиты гражданских прав. В современном мире роль международных соглашений в регулировании судопроизводства возрастает.

    Конвенция по вопросам гражданского процесса (г. Гаага, 1 марта 1954 г., первые редакции — 1896 и 1905 гг.) регулирует вручение судебных и внесудебных документов, выполнение отдельных процессуальных действий и судебных поручений, освобождение иностранцев-истцов от обеспечения судебных расходов, бесплатное оказание правовой помощи. В Конвенции участвуют в основном европейские государства (США и Великобритания не участвуют). Соотношение действия Конвенции 1954 г. и двусторонних договоров основано на принципе lex specialis derogat lex generalis: положения двусторонних договоров имеют преимущественную силу.

    Венские конвенции о дипломатических сношениях (8 апреля 1961 г.) и о консульских сношениях (24 апреля 1963 г.) содержат положения о дипломатических и консульских привилегиях и иммунитетах от юрисдикции государства пребывания; положения о юридической помощи и защите граждан своего государства на территории государства пребывания.

    Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официальных документов (г. Гаага, 5 октября 1961 г.), облегчила процедуру предоставления и признания официальных документов в иностранных правоприменительных органах, ввела понятие «апостиль» и установила его форму.

    Европейская конвенция о получении информации о праве иностранных государств (1968) определила порядок обмена правовой информацией и процесс установления содержания норм иностранного права, процедуру сотрудничества компетентных органов государств.

    Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам (1965) устанавливает порядок вручения документов находящимся за границей лицам (дипломатический, консульский, через центральные органы юстиции).

    Конвенция о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам (1970) закрепляет упрощенный порядок сношений государственных органов в отношении исполнения иностранных судебных поручений.

    Конвенция о доступе к международному правосудию (1980) регулирует вопросы оказания финансовой помощи по несению и обеспечению процессуальных расходов, вопросы признания судебных постановлений о несении судебных расходов, проблемы выдачи расписок из реестра, вопросы иммунитета свидетелей и экспертов, порядок сношений через специально создаваемые органы.

    В 2005 г. открыта для подписания Конвенция о соглашениях об исключительном выборе суда. Установлены единые правила юрисдикции, признания и принудительного исполнения решений иностранных судов. Конвенция нацелена на повышение эффективности соглашений о выборе суда между сторонами торговой сделки. Она применяется в транснациональных судебных делах к соглашениям об исключительном выборе суда. В Конвенции отражена доктрина «forum поп conveniens» — государство может заявить, что его суды вправе отказать в рассмотрении споров, к которым применяется соглашение об исключительном выборе суда, если помимо места нахождения выбранного суда нет никакой связи между таким государством и сторонами спора (ст. 19).

    Книга IV Кодекса Бустаманте «Международный гражданский процесс» детальным образом регламентирует вопросы МГП: общие правила компетенции и изъятия из этих правил; право быть стороной в процессе; отводы международного характера; общие правила о доказательствах и специальные правила о доказывании иностранных законов; несостоятельность и банкротство; признание и исполнение иностранных судебных решений.

    Для судов стран — членов ЕС и ЕАСТ в области МГП особо важную роль играют Брюссельская конвенция о подсудности, признании и исполнении решений по гражданским и торговым делам (1968) и Луганская (Параллельная) конвенция о юрисдикции, признании и исполнении решений по гражданским и торговым делам (1988, в ред. 2007). По сути, единственным отличием Луганской конвенции от Брюссельской является территориальная сфера действия: она распространяется не только на государства — члены ЕС, но и на страны — участницы ЕАСТ (Швейцария, Исландия, Норвегия и Лихтенштейн). Применение этих конвенций с момента их вступления в силу представляло собой обычную практику судопроизводства; знание их положений столь же обязательно, как и знание отечественного процессуального права.

    В ЕС ведется работа по замене текстов наиболее востребованных конвенций «полноценными законодательными актами ЕС» (регламентами Европейского парламента и Европейского Совета), не требующими ратификации и имеющими прямое действие в национальных судах. Регламент является составной частью законодательства ЕС и применяется непосредственно на всей его территории. В рамках этого процесса Брюссельская конвенция 1968 г. заменена Регламентом (ЕС) № 44/2001 Совета от 22 декабря 2000 г. о юрисдикции, признании и исполнении судебных решений по гражданским и торговым делам (Брюссель I). Однако Брюссельская конвенция сохраняет свое действие — она продолжает применяться к судебным разбирательствам, начатым до вступления в силу Брюссель I, а также к документам, официально составленным или зарегистрированным до этого момента (ст. 66 Брюссель I). При этом Брюссель I имеет преимущественную силу перед положениями Конвенции. В 2012 г. вступила в силу новая редакция Брюссель I.

    В Преамбуле Брюссель I установлено, что он не применяется к странам, не являющимся членами ЕС. Под действие Регламента «Брюссель I» подпадают только дела, вытекающие из гражданских и торговых отношений. Из сферы его действия исключены вопросы гражданского состояния, право- и дееспособности физических лиц, семейных отношений, завещаний и наследования, банкротства, социального обеспечения, арбитража и иные дела, перечисленные в п. 2 ст. 1.

    Уже на стадии разработки проекта Брюссель I предполагалось, что, как только представится возможность, Луганская конвенция будет изменена с целью приведения ее в соответствие с Регламентом. В 2007 г. принята новая редакция Луганской конвенция, адаптированная к положениям Брюссель I.

    Конвенция ЕС о подсудности, признании и исполнении решений по брачным делам 1998 г. заменена Регламентом Совета ЕС № 2201/2003 от 27 ноября 2003 г., относящимся к юрисдикционной компетенции, признанию и исполнению решений по семейным делам и делам об ответственности родителей в отношении общих детей супругов (Брюссель II bis).

    В ЕС действуют также регламенты № 1348/2000 о вручении на территории государств ЕС судебных и внесудебных документов по гражданским и коммерческим делам (29 мая 2000 г.); № 1206/2001 о сотрудничестве между судебными органами государств ЕС в области получения доказательств по гражданским и коммерческим делам (28 мая 2001 г.); № 4/2009 о юрисдикции, применимом праве, признании и исполнении судебных решений и сотрудничестве по делам, касающимся алиментных обязательств (18 декабря 2008 г.).

    Основную роль среди международно-правовых источников МГП играют двусторонние договоры: о взаимном признании и исполнении судебных и арбитражных решений, консульские конвенции, соглашения о торговле и мореплавании, договоры о правовой помощи. В договорах решается комплекс вопросов:

    — сотрудничества между органами юстиции;

    — определения и разграничения компетенции судов и применимого права;

    — процессуальных прав иностранцев;

    — исполнения поручений о правовой помощи;

    — признания и исполнения решений по гражданским и семейным делам;

    — признания и пересылки документов.

    По вопросам МГП существует система специальных соглашений о свободном доступе к правосудию, о взаимном исполнении судебных поручений, о взаимном признании и исполнении судебных решений. Такие соглашения Россия заключила с Австрией (1935), Францией (1936), Бельгией (1946), ФРГ (1951). Отдельные вопросы МГП разрешаются в двусторонних консульских конвенциях, которые связывают друг с другом все государства мира: нормы о процессуальном представительстве консулами граждан своих государств, о выполнении консулом отдельных нотариальных действий.

    Нормы международных договоров, посвященных регулированию гражданских процессуальных правоотношений, в соответствии с общим принципом верховенства международного права имеют приоритетное применение перед нормами национального права в случае их противоречия (ст. 1 ГПК РФ; ст. 3 АПК РФ).

    Международно-правовой обычай можно считать источником МГП. В российском процессуальном законодательстве это положение прямо не закрепляется; оно вытекает из толкования ст. 15 Конституции РФ («общепризнанные принципы и нормы международного права»). При рассмотрении экономических споров в российских арбитражных судах часто применяются ссылки на общеизвестные международные нормы обычного характера1.

    Принцип взаимности — один из старейших международно-правовых обычаев. Взаимность является действующей нормой современного МГП. В настоящее время национальные суды склонны помогать своим иностранным коллегам на основе взаимности, не апеллируя к отсутствию международного договора при наличии ясно выраженной просьбы о правовой помощи. Наличие взаимности в деятельности правоприменительных органов двух государств устанавливается следующими способами:

    1. Правоприменительные органы одного государства констатируют, что в другой стране не производилось действий, свидетельствующих об отказе от взаимности.

    2. В постановлении национального правоприменительного органа перечисляются действия иностранного государства, подтверждающие взаимность в отношении сотрудничающих сторон.

    Большую роль в развитии МГП играет другой международно-правовой обычай — принцип международной вежливости (comitas gentium). Международная практика признает возможность исполнения иностранных судебных поручений и оказания правовой помощи на основе принципа международной вежливости, если нет соответствующего международного договора (судебная практика Великобритании, США, государств Латинской Америки).

    Обычно-правовой принцип международной вежливости известен и современной правовой системе России. Это подтверждено высшими судебными инстанциями РФ: в постановлении Пленума ВАС РФ от 11 июня 1999 г. № 8 «О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса» зафиксировано, что направление судебного поручения в порядке правовой помощи возможно и на условиях международной вежливости в отсутствие международного договора об оказании правовой помощи.

    Мягкое право как источник МГП представляет собой процессуальные нормы, закрепленные в резолюциях-рекомендациях международных организаций. Международные организации включают в свои резолюции формулировки, представляющие собой новые правила в области международных отношений. Эти правила не могут рассматриваться как действующее право; они направлены в будущее и являются стратегией развития международных отношений de lege ferendae1. Например, Советом Европы были приняты рекомендации о необходимости обмена правовой информацией, в том числе по вопросам гражданского процесса между правоприменительными органами государств-членов. Во исполнение этих рекомендаций судебные органы РФ обмениваются правовой информацией с судами других государств.

    В 2004 г. руководящие органы Американского института права совместно с УНИДРУА приняли Принципы транснационального гражданского процесса (ALI/UNIDROIT; далее — Принципы АЛИ/ УНИДРУА). Принципы представляют собой процессуальные стандарты, предназначенные для гармонизации гражданского судопроизводства при разрешении транснациональных споров в коммерческой области. Кроме Принципов были приняты Правила транснационального гражданского процесса, разработанные в качестве возможного примера включения Принципов в национальное законодательство. Статус официального документа имеют только Принципы, Правила — это дополнение к ним.

    Правила АЛИ/УНИДРУА иллюстрируют возможность применения Принципов и отличаются большей детализацией и конкретизацией регулирования, направленного на обеспечение гармоничного сочетания двух основных правовых систем. Правила представляют собой пример возможного развития Принципов при имплементации их в конкретную национальную правовую систему. Оба документа — Принципы и Правила — представляют собой оптимальное сочетание традиций регламентации судопроизводства в общей и континентальной правовых системах.

    В Принципах АЛИ/УНИДРУА сформулированы основные начала гражданского процесса, которые отражают то общее, что характерно для современных концепций осуществления гражданского судопроизводства в различных правовых системах. Принципы воплощают правовые идеи, оправдавшие себя в многолетней практике стран с развитой системой судопроизводства. Разработка и принятие этого документа стали возможными благодаря сближению моделей судопроизводства в различных правовых системах.

    Исходная идея разработки Принципов — создание свода процессуальных правил, которые могли бы применяться в любой процессуальной системе для рассмотрения споров из международных коммерческих контрактов с участием лиц, не являющихся резидентами государства, суд которого рассматривает спор. Этим определяются главная сфера применения Принципов и их предмет — они предназначены для регламентации разбирательства споров в области трансграничной торговли (и не только в государственных судах, но и в международном коммерческом арбитраже). Однако по желанию государства Принципы могут использоваться как процессуальные стандарты при рассмотрении любых категорий дел, в том числе не относящихся к спорам в сфере международной торговли.

    Предметом Принципов являются не только положения МГП, но и непосредственные правила судопроизводства, не зависящие от специфики субъектного состава спора. Это касается правил о формировании состава суда, его полномочиях, о порядке заявления сторонами своих требований и возражений, об основных гарантиях, обеспечивающих справедливое судебное разбирательство (публичность, процессуальное равенство сторон, процессуальное право обжалования судебных решений и постановлений).

    В качестве фундаментальных положений в Принципы включены нормы, являющиеся универсальными для всех правовых систем и обеспечивающие справедливость, предсказуемость и эффективность судебного разбирательства вне зависимости от индивидуальных особенностей конкретной правовой системы. Принципы сформулированы как руководящие идеи, призванные стать ориентиром для регламентации правил судопроизводства на национальном или международном уровне.

    Этот документ представляет собой фундаментальный свод процессуального права: независимость, беспристрастность и квалификация суда и судей (Принцип 1); процессуальное равенство сторон (Принцип 3); надлежащее извещение и право представлять свои объяснения (Принцип 5); язык судопроизводства (Принцип 6); своевременное отправление правосудия (Принцип 7); общие положения, относящиеся к структуре судопроизводства (Принцип 9); общие правила о доказывании (Принципы 16-19, 21, 22); вынесение судебного решения (Принцип 23); обжалование судебного решения и его последствия (Принципы 27 и 28); исполнение судебных решений (Принципы 26, 29, 30); международное судебное сотрудничество (Принцип 31).

    С самого начала работы над проектом Принципов и Правил было принято решение подготовить документ не для принятия в форме международного договора, а придать ему статус документа lex mercatoria, аналогичного Принципам международных коммерческих контрактов УНИДРУА. Статус Принципов АЛИ/УНИДРУА позволяет государствам максимально гибко подходить к вопросу о форме и объеме включения Принципов и Правил в их национальную правовую систему, использовать их в качестве ориентира при реформе национальных правил судопроизводства.

    Современные исследователи оценивают Принципы и Правила АЛИ/УНИДРУА как «один из важнейших и наиболее захватывающих юридических проектов нашего времени». Эти документы в настоящее время представляют собой основной акт мягкого права, являющийся источником МГП.

    Общие принципы права цивилизованных народов являются основой правовой системы любого государства, чье законодательство основано на рецепированном римском праве. С этой точки зрения об общих принципах права можно говорить как источнике МГП — это те общие принципы, которые непосредственно относятся к гражданскому процессу (бремя доказывания лежит на истце; ответчик, возражая, ставит себя в положение истца; никто не может быть судьей в собственном деле).